Рекс Стаут Во весь экран Снова убивать (1936)

Приостановить аудио

А еще, что вы знаете, кто убил Сковила, как я – кто посолил океан.

А еще, что у Кремера связаны руки, а у нас – и руки, и ноги. – Я зевнул. – Завтра я весь день буду валяться в постели, читать и вязать.

– Не завтра.

Надеюсь, что послезавтра.

Арчи, блокнот!

Я взял блокнот и карандаш.

Вульф начал диктовать:

– Мисс Фокс должна спуститься ко мне на завтрак в семь утра.

Опаздывать опасно.

Не забудь, что дверь на тебе.

Ты остаешься дома.

Пришлешь ко мне Сола, Фреда, Орри и Кимса сразу, как только придут, но по одному.

Сейчас закажи на восемь тридцать разговор с Лондоном, с агентством Хичкока.

Узнай у мисс Фокс, где живет и где работает Уолш.

Как можно раньше позвони в прокуратуру и соедини меня с Морли.

Скажи Фрицу, чтобы разбудил меня в шесть тридцать.

Передай Солу, чтобы привез мне от мисс Линдквист полную информацию о ее отце: состояние здоровья, способен ли лететь самолетом, его адрес и телефон в Небраске.

Позвони в  «Мюрже»… они открываются в восемь тридцать… закажи «Биографии Большого города». Все, какие есть.

Объяснишь Фрицу и Теодору, что для мисс Фокс нужно будет подготовить…

Он продолжал монотонно, как всегда, когда диктовал инструкции.

Я зевал, но держался.

Кое-какие пункты я принял было за описание галлюцинаций, во всяком случае снова понял, что Вульф знает больше, чем я.

 Когда он дошел до мисс Фокс, я перестал зевать и заулыбался.

Он отправился спать.

Я перепечатал инструкции и выдал Фрицу копию, доделал дела, потом спустился в подвал, чтобы проверить, на замке ли задняя дверь, потом проверил парадную и пожелал спокойной ночи дежурившему детективу.

Поднявшись наверх, бросил взгляд на дверь южной комнаты, но проверять, заперта она или нет, не стал, чтобы не потревожить мисс Фокс.

Спустившись к себе, я заглянул в ящик комода, посмотреть, не перевернул ли Фриц, доставая пижаму, у меня все вверх дном.

Но там был полный порядок.

Я лег и уснул.

Глава десятая

Когда по утрам я вопреки природе встаю с постели, это порой напоминает Страсти Господни – никогда не знаешь, чем дело закончится.

Вот так и во вторник я, оторвавшись от подушки, дошел на ощупь до стола и выключил свой электрический будильник.

Потом перебрался в ванную, умылся, побрился, оделся и был готов к встрече нового дня.

К тому времени яркое октябрьское солнце уже осветило верхушки домов на другой стороне улицы, и я подумал, что жалко было бы провести такой замечательный день в тюремной камере.

В семь тридцать я уже сидел в кухне в своем углу, а передо мной стояли тарелка с беконом и с блинчиками и мед из дикого тимьяна, который Вульф выписал из Сирии.

И еще кофе, много кофе.

Колесики начинали крутиться.

Клара Фокс, которая сказала Фрицу, что на новом месте спала без задних ног, в это время завтракала в комнате Вульфа.

Давно явившийся Джонни Кимс вместе с Солом расправлялись с блинчиками в столовой.

Дику Морли из прокуратуры я дозвонился, выдернув его из постели, и Вульф с ним поговорил.

Три года назад, когда Дик мог потерять и работу и когда с ним могло случиться кое-что похуже, Вульф помог ему выпутаться из истории, в какую тот попал, когда вел дело Шурмана-Банистера.

Не отрываясь от блинчиков, я просматривал в утренних газетах заметки про Сковила.

Версий было немного, зато одна лучше другой.

Прочтя, что убитый был чикагским гангстером, я ухмыльнулся: на гангстера Сковил походил не больше, чем на оперную певицу.

Хотя в главном газеты на редкость были точны. Оружия не нашли.

Машину угнали на Двадцать девятой улице у не имеющего отношения к случившемуся скромного торговца парфюмерией.

Единственным свидетелем преступления был мужчина, который шел сзади за Харланом Сковилом на расстоянии примерно тридцати шагов и успел, прежде чем, услышав свист пуль, броситься на землю, заметить номер машины.

В сумеречном вечернем освещении он не рассмотрел человека, который сидел за рулем, но с уверенностью утверждал, что это был мужчина, в шляпе, надвинутой на лоб, и в темном плаще с поднятым воротником, и с той же уверенностью говорил, что тот был один.

На полной скорости машина пересекла Тридцать первую улицу и тут же свернула за угол.

На Девятой авеню, где впоследствии ее и обнаружила полиция, не нашлось никого, кто видел бы водителя.