И сейчас беседую с этим джентльменом.
Если позволите…
Посетитель кивнул и снова повернулся к Перри:
– Тогда кто… Слушайте, а вы, часом, не Майк Уолш?
Хотя нет, Майк у нас недомерок.
Он отвернулся от Перри, оглядел комнату, повернулся ко мне:
– Ну и чего мне делать? Сесть и накрыться шляпой?
Я ухмыльнулся:
– Совершенно верно.
Если хотите, можете сесть в кожаное кресло в том углу.
Он направился к креслу, а я к двери, махнув рукой Перри:
– Я не заставлю вас долго ждать.
Наверху, под застекленной крышей, в оранжерее, где росли десять тысяч орхидей, я застал Вульфа, когда тот разглядывал свои онцидиумы, собиравшиеся цвести раньше времени, а рядом Хорстмана с банкой смеси из древесного угля и толченого папоротника.
Разумеется, Вульф на меня даже не посмотрел и своего занятия не прервал. Всякий раз, когда я поднимался к нему в оранжерею, он делал вид, будто он Джо Луис, а я мальчишка, который пришел за ним подглядывать.
Я сказал (достаточно громко, чтобы он не смог притвориться, будто не слышит):
– Наш миллионер, желает, чтобы я пошел и нашел ему его тридцать штук немедленно, а у нас еще одна встреча в шесть.
Я предпочел бы заняться им завтра утром.
Вульф на это ответил:
– А если карандаш со стола упадет, ты тоже придешь советоваться, поднять его или нет?
– Он сердится.
– Я тоже.
– Он говорит, что ему нужно срочно, что я разговариваю с ним возмутительно, и вообще, он – наш постоянный клиент.
– Совершенно с ним согласен, особенно в том, что касается тебя.
Иди.
– Ладно.
У нас новый посетитель.
Зовут Харлан Сковил.
Похоже, ковбой. Сообщил мистеру Перри, что тот не Майк Уолш.
Вульф поднял на меня глаза:
– Надеюсь, ты помнишь, что это я плачу тебе жалованье каждую неделю.
– О’кей.
Мне захотелось выдрать из горшка онцидиум, но я решил, что это было бы недипломатично, и потому сдержался.
Перри стоял уже в шляпе и с тростью в руке.
Я сказал:
– Прошу прощения, что заставил ждать.
– Что дальше?
– Придется перенести на завтра.
Я буду нужен мистеру Вульфу.
В любом случае, рабочий день закончился, так что сегодня я мало что успел бы.
Мистер Вульф искренне сожалеет…
– Ладно, – рыкнул Перри. – Вы сказали, в девять?
– Ровно в девять.
– Подниметесь сразу ко мне.
– Хорошо.
Я вышел и отпер ему дверь в прихожей.
Харлан Сковил сидел в кожаном кресле в углу возле книжного шкафа.
Входя, я увидел его раньше, чем дверь распахнулась: сгорбившийся, он показался мне старым, уставшим, измученным, но при виде меня выпрямился и поднял свои яркие голубые глаза.
Я вошел и развернул к нему свое кресло.
– Вам нужен Ниро Вульф?
Он кивнул: