Эйлин, вне себя от восторга, что супруг ее пользуется таким успехом, чрезвычайно оживилась за обедом, так что Каупервуд несколько раз кидал в ее сторону выразительно вопрошающий взгляд — ему очень важно было произвести благоприятное впечатление.
Он, конечно, уже заранее разузнал, какого рода финансовыми операциями занимаются Хэддонфилд и Эттиндж, а теперь тут еще оказался этот Скэрр, который, как он слышал, интересуется постройкой подземной линии.
Несомненно, лорд Эттиндж мог бы быть весьма полезным человеком, думал Каупервуд, беседуя с леди Эттиндж, — не мешало бы узнать, какие у него связи в парламенте, какие возможности. И тут леди Эттиндж сама пришла ему на помощь, заговорив о политической деятельности своего супруга.
Он был тори и довольно тесно связан с лидерами этой партии. В ближайшее время ему предстояло получить крупное назначение в Индию.
Это зависело от некоторых перемен в политической обстановке, связанных с бурской войной, которая в то время потрясала Англию.
— До сих пор англичане несли большие потери, — говорила леди Эттиндж, — но предпринятая сейчас кампания должна повернуть успех в нашу сторону. Каупервуд из дипломатических соображений согласился с нею.
Непринужденно поддерживая разговор, любезно перекидываясь фразами то с тем, то с другим из гостей. Каупервуд спрашивал себя, кто из них может пригодиться ему и Беренис.
Леди Босвайк пригласила его к себе, в свой домик в Шотландии; Скэрр, после того как дамы вышли из-за стола, сам подошел к нему и спросил, долго ли он намеревается пробыть в Англии и не окажет ли он ему честь пожаловать к нему в гости, в Кэлс.
Даже Эттиндж к концу обеда настолько оттаял, что завел с ним беседу об американской политике и международных делах.
За два дня эти добрые отношения укрепились, а в понедельник, когда компания отправилась на охоту, Каупервуд вызвал всеобщее одобрение, неожиданно показав себя недурным стрелком.
Короче говоря, к тому времени, когда супруги собрались уезжать, Каупервуд успел обворожить все общество Бэритон-Мэнор, чего, пожалуй, нельзя было сказать об Эйлин.
26
Вернувшись из Бэритон-Мэнор, Каупервуд тотчас же отправился к Беренис. Он застал ее уже совсем одетой, — она собиралась ехать за город смотреть коттедж, который полковник Хоксбери советовал ей снять на лето, уверяя, что это как раз то, что нужно для нее и ее матушки.
— Это на Темзе, между Мейденхед и Марлоу… И знаешь, кто владелец? — с таинственным видом спросила она.
— Понятия не имею, пока я еще не научился читать твои мысли.
— А ты попробуй!
— Нет, где мне!
Слишком трудно!
Но кто же это?
— Не кто иной, как тот английский лорд, о котором писал тебе мистер Сиппенс, если только не существует еще один с таким же именем.
Лорд Стэйн.
— Нет, ты не шутишь? — удивленно спросил Каупервуд.
— Ну, расскажи мне все.
Ты что, познакомилась с ним?
— Нет.
Но полковник Хоксбери страшно расхваливает этот коттедж, он говорит, что это совсем близко от Лондона, и потом такое соседство:
«Рядом я и моя сестра», — важно добавила она, передразнивая полковника.
— Ну, если так, пожалуй действительно стоит посмотреть, — задумчиво протянул Каупервуд, окидывая восхищенным взглядом изящный костюм Беренис — длинную юбку, плотно облегающий жакет темно-зеленого цвета, отделанный золотым шнуром, и маленькую зеленую шапочку с красным перышком, кокетливо сдвинутую набок.
— Мне бы хотелось познакомиться со Стэйном, и, может быть, тут-то как раз и представится случай, — продолжал он.
— Но нам надо быть крайне осторожными, Беви.
Я слышал, что это очень влиятельный и очень богатый человек.
Если бы нам удалось привлечь его, да так, чтобы он согласился войти в дело на наших условиях…
— Так ведь я как раз это и имею в виду, — сказала Беренис.
— Отчего бы тебе сейчас не поехать со мной?
Маме сегодня что-то нездоровится, и она хочет посидеть дома.
Беренис, как всегда, говорила шутливо, насмешливо, словно немножко поддразнивая, и Каупервуду очень нравилась эта ее манера — в ней проявлялась свойственная Беренис сила, находчивость и никогда не покидающий ее оптимизм.
— Неужели ты думаешь, что я могу отказаться от удовольствия сопровождать прелестную молодую девицу в таком очаровательном костюме? — смеясь, сказал он.
— Вот именно, — в тон ему отвечала Беренис, — я так и говорю всем, что я ничего не могу решить окончательно без согласия моего опекуна.
Готовы вы приступить к своим обязанностям? — спросила она, окидывая его лукавым, насмешливым взглядом.
Каупервуд подошел к ней и тихонько обнял ее за плечи.
— Непривычно, признаться, но попробую, — сказал он, целуя ее.
— А я со своей стороны сделаю все, чтобы тебе это облегчить.
Я уже сговорилась с агентом по найму, он встретит нас в Виндзоре.
А потом мы можем отправиться в какую-нибудь уютную старинную гостиницу и позавтракать там.
— Отлично, но только сначала я должен поздороваться с твоей матушкой.
— И он поспешно направился к миссис Картер.
— Добрый день, Хэтти, — приветствовал он ее.
— Ну как вы тут поживаете?
Как вам нравится славная старушка Англия?
По сравнению с веселой, цветущей Беренис мать ее показалась ему подавленной и даже какой-то измученной.