Виноват, господа, я хочу сказать Андрюше два слова. (Отводит Нюнина в сторону.) Я, братец, немножко сконфужен...
Зачем ты зовешь меня вашим превосходительством?
Ведь я не генерал!
Капитан 2-го ранга — это даже ниже полковника.
Нюнин (говорит ему в ухо, как глухому). Знаю, но, Федор Яковлевич, будьте добры, позвольте нам называть вас вашим превосходительством!
Семья здесь, знаете ли, патриархальная, уважает старших, любит чинопочитание...
Ревунов.
Да, если так, то конечно... ( Идя к столу.) Весьма!
Настасья Тимофеевна.
Садитесь, ваше превосходительство!
Будьте такие добрые! Кушайте, ваше превосходительство!
Только извините, у себя там вы привыкли к деликатности, а у нас просто!
Ревунов (не расслышав). Что-с?
Гм... Да-с. Пауза. Да-с...
В старину люди всегда жили просто и были довольны.
Я человек, который в чинах, и то живу просто...
Сегодня Андрюша приходит ко мне и зовет меня сюда на свадьбу.
Как же, говорю, я пойду, если я не знаком?
Это неловко!
А он говорит:
«Люди они простые, патриархальные, всякому гостю рады...»
Ну, конечно, если так... то отчего же?
Очень рад.
Дома мне одинокому скучно, а если мое присутствие на свадьбе может доставить кому-нибудь удовольствие, то сделай, говорю, одолжение...
Жигалов.
Значит, от души, ваше превосходительство?
Уважаю!
Сам я человек простой, без всякого жульничества, и уважаю таких.
Кушайте, ваше превосходительство!
Апломбов.
Вы давно в отставке, ваше превосходительство?
Ревунов.
А?
Да, да... так...
Это верно.
Да-с...
Но позвольте, что же это, однако?
Селедка горькая... и хлеб горький.
Невозможно есть! Все. Горько! Горько!Апломбов и Дашенька целуются. Ревунов. Хе-хе-хе...
Ваше здоровье! Пауза. Да-с...
В старину все просто было и все были довольны...
Я люблю простоту...
Я ведь старый, в отставку вышел в 1865 году...
Мне семьдесят два года...
Да. Конечно, не без того, и прежде любили при случае показать пышность, но... (Увидев Мозгового.) Вы того... матрос, стало быть?
Мозговой.
Точно так.
Ревунов.
Ага... Так... Да...
Морская служба всегда была трудная.