И притом не очень близко.
Как раз где я смогу ее услышать, в случае чего.
А на дверь я поставил засов.
Пусть кто угодно приходит и когда угодно -- увидит меня в палатке.
-- Ах, Байрон, Байрон.
-- Я знаю, у вас нет этого в мыслях, как у большинства из них.
И сейчас тоже.
Я знал, что вы поймете, даже если бы она и не была... если бы и без... Я понимаю, вы так говорите потому, что знаете, как другие на это посмотрят.
Хайтауэр опять сидит в позе восточного идола, держа руки параллельно на подлокотниках кресла.
-- Уезжайте, Байрон.
Уезжайте.
Сейчас.
Немедленно.
Навсегда покиньте это место, это ужасное место, ужасное, ужасное место.
Я вижу вас насквозь.
Вы мне скажете, что впервые узнали любовь; а я вам скажу, что вы узнали надежду.
И только; надежду.
Предмет безразличен -- для надежды и даже для вас.
У него только один конец -- у пути, который вы выбираете: грех или женитьба.
А на грех вы не пойдете.
Вот в чем беда, до простит меня Бог.
Для вас это будет, должно быть, -- либо женитьба, либо ничего.
И вы будете добиваться женитьбы.
Вы убедите ее; может быть, уже убедили, -- если бы только она это понимала, могла это допустить, -- иначе почему же она согласилась остаться здесь и не пытается увидеть человека, которого разыскивала?
Я не могу вам сказать: "Выбирайте грех", -- потому что вы не только возненавидите меня -- вы передадите эту ненависть и ей.
И я говорю: уезжайте.
Сейчас.
Немедленно.
Ступайте и не оглядывайтесь назад.
Только не это, Байрон.
Они смотрят друг на друга.
-- Я знал, что вам это не понравится, -- говорит Байрон. -- Пожалуй, я правильно сделал, что не стал располагаться у вас в гостях!
Но этого я не ожидал.
Что вы тоже ополчитесь против женщины, которую опозорили и предали...
-- Нельзя предать женщину, у которой есть ребенок; муж матери -- отец он или нет -- уже рогоносец.
Оставьте себе хотя бы маленький шанс на удачу, Байрон.
Если вы должны жениться, есть одинокие женщины, девицы, девушки.
Это несправедливо, чтобы вы принесли себя в жертву женщине, которая уже выбрала раз, а теперь хочет отречься от своего выбора.
Это неправильно.
Нечестно.
Бог не для этого создал брак.
Создал?
Женщины изобрели брак.
-- В жертву?
Я -- жертва?
Мне кажется, жертва...
-- Только не на ней.
Для таких, как Лина Гроув, всегда найдутся на свете двое мужчин, и имя им легион: Лукасы Берчи и Байроны Банчи.
Но ни одна Лина, ни одна женщина не заслуживает больше одного.
Ни одна женщина.