-- Да вроде того.
Думаю подаваться...
-- Джефферсон, конечно, городок хороший.
Но не такой хороший, чтобы вольный человек вроде вас не нашел себе другого, где тоже можно время переводить на баловство и огорчения...
А чемодан, если надо, можете оставить здесь, пока не соберетесь.
Он подождал до полудня, а потом еще немного.
Подождал, пока шериф по его расчетам не покончил с обедом.
И тогда пошел к шерифу домой.
Он не стал входить.
Он ждал у дверей, пока шериф не вышел -- толстый человек с маленькими мудрыми глазками, упрятанными в толстое неподвижное лицо, как две чешуйки слюды.
Они пошли рядышком, в тень, под дерево.
Скамейки не было; на корточки вопреки обыкновению (оба выросли в деревне) они тоже не сели.
Шериф спокойно выслушал человека -- спокойного, невысокого человека, который семь лет был для города не особенно интересной за" гадкой и семь дней -- чуть ли не бельмом на глазу.
-- Понятно, -- сказал шериф. -- Вы считаете, что им пора пожениться.
-- Не знаю.
Это его дело и ее.
Но думаю, надо бы ему пойти ее проведать.
По-моему -- самое время.
Вы можете послать с ним помощника.
Я ей сказал, что он вечером придет.
А что они там решат -- это дело его нее.
Не мое.
-- Само собой, -- сказал шериф. -- Не ваше. -- Он смотрел на Байрона сбоку. -- А вы-то что собираетесь делать, Байрон?
-- Не знаю. -- Он тихонько возил ногой по земле и наблюдал за ней. -Думаю податься в Мемфис.
Года два об этом подумываю.
Может, уеду.
А чего в этих маленьких городишках?
-- Конечно.
Мемфис город неплохой, если любишь городскую жизнь.
Опять же семья на вас не висит, тащить за собой некого.
Будь я одинокий да лет на десять помоложе, я бы, наверно, так же сделал.
Да и устроился бы, глядишь, получше.
Надо понимать, вы прямо сейчас собираетесь?
-- Наверно, скоро. -- Он поднял голову, потом снова опустил.
Сказал: -Утром уволился с фабрики.
-- Самой собой, -- сказал шериф. -- Я догадываюсь, что вы не успели бы пройти такой конец с двенадцати, а к часу вернуться обратно.
Ну, кажется... -- Он замолчал.
Он знал, что к вечеру присяжные вынесут Кристмасу обвинительный приговор, а Брауна -- или Берча -- отпустят на все четыре стороны, с условием явиться в будущем месяце на суд в качестве свидетеля.
Хотя, на худой конец, обойдутся и без него, ибо Кристмас не отпирался, и шериф предполагал, что он признает себя виновным, чтобы остаться в живых.
"Да и не вредно будет нагнать на сукина сына страху хоть раз в жизни", -подумал он.
И продолжал: -- Ну что ж, это можно устроить.
Вы правы, я, конечно, пошлю с ним помощника.
Хотя он и не сбежит, пока есть надежда сорвать часть премии.
Притом, что он не знает, кто его там встретит.
Он этого еще не знает.
-- Да, -- подтвердил Байрон. -- Не знает.
Не знает, что она в Джефферсоне.
-- Ну что ж, так и сделаем-отправим его с помощником.
Зачем -- не скажем: отправим, и все.
А может, сами хотите его проводить?