Молодая отвечает не сразу.
Миссис Армстид уже не гремит у печки, хотя по-прежнему стоит спиной к Лине.
Наконец она оборачивается.
Они глядят друг на друга без утайки, наблюдают друг друга: молодая -- на стуле, причесана гладко, руки на коленях неподвижны; старшая -- тоже замерла, отвернувшись от плиты, седые волосы безжалостно скручены на затылке, лицо словно вытесано из песчаника.
Наконец молодая говорит"
-- Я вам сказала неправду.
Моя фамилия еще не Берч.
Меня зовут Лина Гроув.
Они глядят друг на друга.
Голос хозяйки ни холоден, ни ласков.
Он не выражает ничего.
-- Стало быть, хочешь догнать его, чтобы твоя фамилия вовремя сделалась Берч.
Так, что ли?
Лина смотрит вниз, словно разглядывая свои руки на коленях.
В ее тихом голосе -- упорство.
Но и безмятежность.
-- Мне ведь от Лукаса обещаний не нужно.
Так уж вышло нескладно, что ему пришлось уехать.
А приехать за мной, как он задумал, -- видно, не получилось.
А слово друг Другу давать нам незачем.
Той ночью, когда узнал он, что должен ехать, он...
-- Какой же это ночью он узнал?
Когда ты ему про ребенка сказала?
Молодая отвечает не сразу.
Лицо у нее невозмутимо, как камень, но без жесткости.
В ее упорстве -- чтото мягкое, оно освещено изнутри тихим, бездумным покоем, отрешенностью.
Миссис Армстид наблюдает за ней.
Лина начинает рассказывать, не глядя на хозяйку.
-- Он еще задолго до этого узнал, что ему, наверно, придется уволиться.
Только мне не говорил, потому что не хотел огорчать.
А когда он в первый раз услыхал, что ему, наверно, придется уволиться, он понял, что лучше уехать, -- может, на новом месте мастер не будет к нему цепляться и ему будет легче продвинуться.
Но все откладывал.
А когда уж это самое случилось, откладывать стало нельзя.
А мастер к Лукасу цеплялся, невзлюбил его, потому что Лукас молодой и никогда не унывает, а мастер хотел устроить на его место своего родственника.
А он от меня скрывал, не хотел огорчать.
А уж когда это самое случилось, нам больше нельзя было ждать.
Я ему сама велела ехать.
Он сказал, я останусь, если скажешь, пускай его придирается.
А я ему сказала -- ехай.
А он все равно не хотел ехать, даже" после этого.
А я сказала -- ехай.
Только весточку пришли, когда сможешь меня принять.
Да вот не получилось у него вызвать меня вовремя, как он хотел.
Ведь на новом месте устроиться, среди чужих -- молодому время нужно.
Он-то этого не знал, когда уезжал, не знал, что устроиться -- больше времени нужно, чем он думал.
А в особенности -парню вроде Лукаса, если он такой живой и компанию любит, и повеселиться, и ему в компании тоже рады.
Не знал, что у него больше времени уйдет, чем он думал, -- и сам молодой, и люди льнут к нему, потому что охотник посмеяться и побалагурить, от работы отвлекают, а ему невдомек, ему людей обижать неохота.
Да и я хотела, чтобы он погулял напоследок, -- ведь для парня молодого, веселого женатая жизньне то, что для женщины: для парня молодого, веселого она ох как долго тянется.
Неправильно я говорю?
Миссис Армстид не отвечает.