– Вероятно, у его жены нелегкая жизнь?
– Конечно!
Надин прекрасная женщина – я ею восхищаюсь.
Она никогда не проронит ни слова жалобы.
Но она несчастлива.
Жерар кивнул:
– Да, похоже на то.
– Не знаю, что вы об этом думаете, но, по-моему, существует предел женскому терпению!
На месте Надин я бы поставил Леннокса перед выбором: либо пусть он докажет, что на что-то способен, либо…
– Либо она уйдет от него?
– Надин имеет право на свою жизнь, доктор Жерар.
Если Леннокс не ценит ее по заслугам… ну, тогда найдутся другие мужчины.
– Например, вы?
Американец покраснел, потом с вызовом посмотрел на собеседника:
– Да!
Я не стыжусь своих чувств к этой леди.
Я искренне к ней привязан, глубоко уважаю ее и желаю ей счастья.
Если бы она была счастлива с Ленноксом, я бы ушел со сцены.
– Но сейчас?
– Но сейчас я останусь!
И буду рядом на случай, если я ей понадоблюсь!
– Короче говоря, вы parfait gentil[15] рыцарь, – пробормотал Жерар.
– Прошу прощения?
– Мой дорогой сэр, в наши дни рыцарство сохранилось только среди американцев!
Вы готовы служить вашей даме без всякой надежды на вознаграждение.
Это замечательно!
Что именно вы надеетесь сделать для нее?
– Повторяю: быть под рукой на случай необходимости.
– А могу я спросить, как к вам относится старшая миссис Бойнтон?
– Насчет старой леди я никогда не был вполне уверен, – медленно отозвался Джефферсон Коуп. – Как я говорил, она избегает внешних контактов.
Но со мной она всегда любезна и обращается как с членом семьи.
– Фактически она одобряет вашу дружбу с миссис Леннокс?
– Пожалуй.
Доктор Жерар пожал плечами:
– Вам это не кажется странным?
– Позвольте заверить вас, доктор Жерар, – чопорно произнес Коуп, – что в нашей дружбе нет ничего постыдного.
Наши отношения сугубо платонические.
– Я в этом не сомневаюсь.
Но повторяю – поощрение этой дружбы со стороны миссис Бойнтон выглядит странно.
Знаете, мистер Коуп, меня очень интересует миссис Бойнтон.
– Она, безусловно, замечательная женщина – обладает яркой индивидуальностью и необычайной силой характера.
Как я уже упоминал, Элмер Бойнтон во всем на нее полагался.
– До такой степени, что оставил детей полностью зависимыми от нее с финансовой точки зрения.
В моей стране, мистер Коуп, закон это запрещает.
Джефферсон Коуп поднялся.
– Мы в Америке верим в абсолютную свободу.
Доктор Жерар тоже встал.
Замечание не произвело на него впечатления.
Он слышал его раньше от представителей многих национальностей.
Иллюзия свободы как прерогативы собственной нации – весьма распространенное явление.