– Вашей невестке это нравится?
– Нет. – После паузы Кэрол продолжала: – Четыре года назад у нас дома случился ужасный переполох.
Как я вам говорила, никто из нас никогда не покидал дом.
Разумеется, мы гуляли по поместью, но не выходили за его пределы.
Но Леннокс стал по ночам бегать на танцы в Фаунтин-Спрингс.
Мать страшно рассердилась, когда узнала об этом.
А потом она пригласила Надин пожить у нас.
Надин была дальней и очень бедной родственницей отца. Она стажировалась в больнице, готовясь стать медсестрой.
Надин прожила у нас месяц – не могу передать, что для нас значило иметь в доме гостя!
Они с Ленноксом влюбились друг в друга, и мама решила, что им следует скорее пожениться и остаться жить с нами.
– И Надин охотно на это согласилась?
Кэрол колебалась:
– Не думаю, что ей очень этого хотелось, но она не возражала.
Позже она пыталась уйти – разумеется, с Ленноксом…
– Но они не ушли?
– Мать и слышать об этом не пожелала.
По-моему, теперь Надин ей не слишком нравится.
Никогда не знаешь, о чем она думает.
Надин пытается помочь Джинни, а матери это не по душе.
– Джинни – ваша младшая сестра?
– Да.
Ее полное имя – Джиневра.
– Она тоже несчастлива?
Кэрол с сомнением покачала головой.
– В последнее время Джинни ведет себя странно.
Я не могу ее понять.
Она всегда была болезненной, мать над ней хлопотала, но от этого сестре становилось только хуже.
А теперь Джинни иногда меня пугает.
Она… не всегда осознает, что делает.
– Ее показывали врачу?
– Нет. Надин хотела это сделать, но мать запретила, а Джинни устроила истерику и кричала, что не хочет видеть никаких докторов.
Но я очень за нее тревожусь. – Кэрол неожиданно поднялась. – Не буду больше вас задерживать.
С вашей стороны было очень любезно позволить мне прийти и поговорить с вами.
Должно быть, мы кажемся вам странной семьей.
– Все люди странные по-своему, – беспечно отозвалась Сара. – Приходите снова.
Можете привести вашего брата, если хотите.
– Правда?
– Конечно. Мы с вами немного посекретничаем.
Я бы хотела познакомить вас с моим другом, доктором Жераром, – очень симпатичным французом.
Щеки Кэрол зарумянились.
– Звучит так заманчиво!
Только бы мать не узнала!
Сара с трудом удержалась от резкого замечания.
– Почему она должна узнать?
Доброй ночи.
Что, если вы придете завтра в то же время?
– Хорошо.
Послезавтра мы можем уехать.
– Значит, договорились?
– Да.