На вашем месте я бы прекратила этот глупый спектакль.
Наверное, вы ненавидите меня за эти слова, но я надеюсь, что они хоть как-то на вас подействуют.
Вы могли бы получать от жизни куда больше удовольствия, будучи добрее и дружелюбнее.
Вам бы это удалось, если бы вы постарались.
Последовала пауза.
Миссис Бойнтон окаменела.
Потом она провела языком по пересохшим губам, но не произнесла ни слова.
– Говорите! – подбодрила ее Сара. – То, что вы скажете мне, не имеет никакого значения.
Подумайте о том, что я сказала вам.
Старуха наконец заговорила тихим, хриплым и в то же время пронзительным голосом.
При этом ее глаза василиска[19] были устремлены не на Сару, а поверх ее плеча.
Казалось, она обращается к хорошо знакомому призраку.
– Я никогда ничего не забываю, – сказала миссис Бойнтон. – Запомните это.
Не забываю ни одного поступка, ни одного имени, ни одного лица…
В самих словах не было ничего особенного, но злоба, с которой они были произнесены, заставила Сару отшатнуться.
Миссис Бойнтон разразилась жутким смехом.
Сара пожала плечами.
– Вы просто глупая старуха, – сказала она и отвернулась.
Проходя к лифту, Сара едва не столкнулась с Реймондом Бойнтоном и, вновь поддавшись импульсу, быстро заговорила:
– До свидания. Надеюсь, вы приятно проведете время.
Возможно, когда-нибудь мы встретимся снова. – Она дружески улыбнулась ему и зашагала дальше.
Реймонд застыл как вкопанный.
Он был так поглощен своими мыслями, что маленький человечек с огромными усами, пытаясь выйти из лифта, был вынужден несколько раз сказать:
«Pardon»[20].
– Прошу прощения, – извинился Реймонд. – Я задумался.
К нему подошла Кэрол:
– Рей, приведи Джинни.
Она вернулась к себе в комнату, а нам пора выезжать.
– Хорошо. Скажу ей, чтобы спускалась немедленно.
Некоторое время Эркюль Пуаро стоял, глядя ему вслед, приподняв и слегка склонив голову набок, как будто к чему-то прислушивался.
Затем он кивнул, словно придя к какому-то выводу, бросил взгляд на Кэрол, которая подошла к матери, и подозвал метрдотеля.
– Pardon. Не могли бы вы сообщить мне, как зовут этих людей?
– Их фамилия Бойнтон, мсье. Они американцы.
– Благодарю вас, – сказал Эркюль Пуаро.
На четвертом этаже доктор Жерар, направляясь в свою комнату, прошел мимо Реймонда и Джиневры Бойнтон, торопящихся к лифту.
Когда они собирались уже войти в кабину, Джиневра, остановившись, обратилась к брату:
– Подожди меня в лифте, Рей.
Отбежав назад, она повернула за угол и догнала доктора Жерара:
– Пожалуйста… Я должна поговорить с вами.
Жерар удивленно посмотрел на нее.
Девушка подошла ближе и взяла его за руку.
– Меня увозят!
Вероятно, они хотят меня убить… Я не принадлежу к этой семье.
В действительности моя фамилия не Бойнтон… – Она говорила быстро – слова как будто перескакивали друг через друга. – Открою вам секрет.
Во мне течет королевская кровь!
Я наследница престола!
Но меня окружают враги.
Они пытались меня отравить… Если бы вы могли мне помочь… увезти меня… Услышав сзади шаги, Джиневра умолкла.
– Джинни!
Девушка приложила палец к губам, бросила на Жерара умоляющий взгляд и побежала к лифту.