Это было так возбуждающе!
Одно время я работала гувернанткой неподалеку от Донкастера[55].
Пуаро что-то пробормотал.
– Вот почему я почувствовала, что, возможно, была не права сегодня утром, – не унималась мисс Прайс. – Ведь рассказывать нужно обо всем, не так ли? Даже о мелочах, которые кажутся совсем неважными.
Если вы в этом участвуете, значит, бедную миссис Бойнтон, должно быть, убили!
Как вы думаете, мистер Махмуд – я имею в виду драгомана – не может оказаться большевистским агентом?
Или, возможно, мисс Кинг?
Ведь теперь многие образованные девушки из хороших семей связываются с этими ужасными коммунистами!
Вот почему я решила рассказать вам… Ведь, если вдуматься, это выглядело довольно странно.
– Конечно, вы должны все рассказать, – согласился Пуаро.
– Ну, рассказывать не так уж много.
Просто на следующее утро после смерти миссис Бойнтон я встала довольно рано и выглянула из палатки, чтобы посмотреть восход солнца.
Хотя, конечно, это был не совсем восход – солнце, вероятно, взошло часом раньше…
– Да-да.
И что вы увидели?
– Странную вещь – правда, тогда она мне такой не показалась.
Мисс Бойнтон вышла из своей палатки и бросила в ручей какой-то предмет, который блеснул на солнце.
– Какая именно мисс Бойнтон?
– Кажется, это была Кэрол – миловидная девушка, похожая на брата; они могли бы быть близнецами.
Хотя, возможно, это была младшая – солнце светило мне в глаза, и я толком не могла ее разглядеть.
Но волосы мне показались рыжими – они отливали бронзой.
Мне так нравится этот цвет волос – напоминает морковь! – захихикала мисс Прайс.
– И она выбросила какой-то блестящий предмет? – уточнил Пуаро.
– Да.
Как я сказала, тогда я не обратила на это особого внимания.
Но потом я подошла к ручью – там уже была мисс Кинг.
Среди всякого мусора – в том числе двух консервных банок – я увидела на дне блестящую металлическую коробочку, не совсем квадратную – скорее продолговатую, если вы понимаете, что я имею в виду…
– Отлично понимаю.
Примерно такой длины?
– Да, как вы догадались?
И я подумала:
«Чего ради девушка выбросила такую миленькую коробочку?»
Из любопытства я подняла ее и открыла.
Внутри лежал шприц – такой же, каким мне делали прививку от тифа.
Мне показалось странным, что его выбросили, потому что он не был сломан.
Но тут мисс Кинг сказала – я не слышала, как она подошла сзади:
«О, благодарю вас, это мой шприц.
Я как раз пришла искать его».
Поэтому я отдала ей коробочку, и она вернулась с ней в лагерь. – Мисс Прайс сделала паузу и быстро добавила: – Наверное, это пустяки, но меня удивило, что Кэрол Бойнтон выбросила шприц мисс Кинг.
По-моему, это странно, хотя, вероятно, существует какое-то объяснение…
Она умолкла, выжидательно глядя на Пуаро.
Его лицо было серьезным.
– Благодарю вас, мадемуазель.
Возможно, то, что вы мне рассказали, не важно само по себе, но этот эпизод логично завершает мою теорию.
Теперь все становится ясным и упорядоченным.
– В самом деле? – Лицо мисс Прайс порозовело, как у довольного ребенка.
Пуаро проводил ее в отель.
Вернувшись в свой номер, он добавил одну строку в свой перечень:
«10.
Я никогда ничего не забываю.