У меня не похоронная контора.
Оркестр заиграл "Ближе, мой Бог, к Тебе".
Публика утихла.
В дверь вошла, пошатываясь, женщина в красном платье.
- Ого, - сказала она. - Прощание с Рыжим.
Он будет в аду раньше, чем я доберусь до Литтл-Рока.
- Ш-шш, - пронеслось по залу.
Женщина плюхнулась на стул.
К двери подошел Юджин и стоял, пока музыка не стихла.
Давайте, люди, - завопил он, раскинув руки широким, щедрым жестом, идите, пейте!
Юджин угощает.
Чтобы через десять минут не осталось здесь ни единой сухой глотки, ни единого сухого глаза!
Сидящие сзади потянулись к двери.
Владелец подскочил и замахал руками оркестрантам.
Корнетист поднялся и заиграл "В Твоем раю", но толпа из задней части зала продолжала утекать в дверь, возле которой размахивал руками Юджин.
Две пожилые женщины в шляпках с цветами тихо плакали.
Все толпились и шумели вокруг иссякающей чаши.
Из танцевального зала доносилась звучная игра кларнета.
Двое грязных молодых людей с монотонными выкриками
"Дорогу.
Дорогу" протолкались к столу.
Открыв чемоданы, они стали выставлять на стол бутылки, а Юджин, уже откровенно плачущий, откупоривал их и выливал в чашу.
- Подходите, пейте.
Будь Рыжий мне даже сыном, я не мог бы любить его больше, - хрипло кричал он, возя рукавом по лицу.
К столу протиснулся официант с миской льда и фруктов и стал высыпать их в чашу.
- Что ты делаешь, черт возьми? - напустился на него Юджин. - На кой здесь эта дрянь!
А ну, пошел отсюда.
- Ры-ы-ыжий! - орали все, сжимая стаканы, а Юджин, выбив из рук официанта миску с фруктами, снова принялся лить виски в чашу, расплескивая его на руки и в протянутые стаканы.
Оба парня лихорадочно откупоривали бутылки.
В дверях, словно бы занесенный медными звуками музыки, появился обеспокоенный владелец и замахал руками.
- Послушайте, - крикнул он, - давайте кончать музыкальную программу.
Она стоит нам денег.
- Ну и черт с ним, - закричали в ответ.
- Чьих денег?
- Кому какое дело?
- Чьих денег?
- Кто там жадничает?
Я заплачу.
Клянусь Богом, я оплачу ему двое похорон.
- Люди!
Люди! - кричал владелец.
- Понимаете, что в этом зале останки?
- Чьих денег?
- Остатки? - возмутился Юджин.
- Остатки? - повторил он прерывающимся голосом.
- Кто-то хочет оскорбить меня...
- Ему жаль денег Рыжего.
- Кому?
- Джо, дешевому сукину сыну.
- Раз так, давайте перенесем похороны.