Уильям Фолкнер Во весь экран Святилище (1931)

Приостановить аудио

Темпл, коснувшись рукой дверцы, опять взглянула на Гоуэна.

- У него это почти не займет времени.

Я знаю одного парня с такой же машиной.

На ней можно выжать все восемьдесят.

Ему только подвезти нас до любого города, потому что она спросила, женаты ли мы, и мне пришлось сказать, что да.

Только до станции.

Может, есть какая-то ближе, чем Джефферсон, - шептала Темпл, глядя на Гоуэна и водя рукой по дверце.

- О, - сказал Гоуэн.

- Просить должен я.

Так?

Ты совсем спятила.

Думаешь, эта обезьяна согласится?

Да я лучше останусь тут на неделю, чем куда-то поеду с ним.

- Она говорит, чтобы я не оставалась здесь.

- Не дури.

Пойдем.

- Так ты не попросишь его?

Нет?

- Нет.

Говорю тебе, подождем, пока не явится Ли.

Он раздобудет машину.

Они пошли по тропке.

Лупоглазый стоял, прислонясь к столбу веранды, и закуривал сигарету.

Темпл взбежала по сломанным ступенькам.

- Послушайте, - сказала она, - вы не согласитесь отвезти нас в город?

Лупоглазый взглянул на нее, держа сигарету во рту и прикрывая ладонями огонек спички.

Губы Темпл застыли в подобострастной гримасе.

Лупоглазый нагнулся и поднес огонек к сигарете.

- Нет, - ответил он.

- Ну поедемте, - взмолилась Темпл.

- Будьте же человеком.

В таком "паккарде" у вас это почти не займет времени.

Ну как?

Мы вам заплатим.

Лупоглазый затянулся.

Щелчком отшвырнул спичку в кусты и негромко произнес холодным тоном:

- Джек, убери от меня свою шлюху.

Гоуэн двинулся грузно, словно внезапно подхлестнутая неуклюжая добродушная лошадь.

- Послушайте, - сказал он.

Лупоглазый выпустил две тонких струйки дыма.

- Мне это не нравится, - сказал Гоуэн.

- Вы знаете, с кем говорите?

Он продолжал свое грузное движение, словно не мог ни прервать его, не завершить.

- Мне это не нравится.

Лупоглазый, повернув голову, взглянул на Гоуэна.

Потом отвернулся, и Темпл внезапно сказала:

- В какую реку вы упали в этом костюме?

Вам не приходится сбривать его на ночь?

- И, подталкиваемая Гоуэном, понеслась к двери, голова ее была повернута назад, каблуки выбивали дробь.

Лупоглазый стоял, прислонясь к столбу, и не смотрел в их сторону.