- Ничего, - ответил Томми.
- Ты что, следишь за мной?
- Ни за кем я не слежу, - последовал угрюмый ответ.
- Ну так и не надо, - сказал Лупоглазый.
- Идем, - поторопил его Гудвин.
- Вэн ждет.
Они пошли.
Томми последовал за ними.
Оглянулся на дом - и снова потащился за Гудвином и Лупоглазым.
Время от времени он чувствовал, как его охватывает жгучая волна, словно кровь становилась внезапно слишком горячей, переходящая затем в то грустное, теплое чувство, какое вызывает скрипичная музыка.
Черт бы их взял, шептал он, черт бы их взял.
IX
В комнате было темно.
Женщина стояла в дешевом пальто и отороченной кружевами ночной рубашке, прислонясь к стене рядом с незапертой дверью.
Она слышала, как Гоуэн храпит на кровати, а другие мужчины расхаживают по веранде, коридору и кухне, голоса их неразборчиво доносились сквозь дверь.
Через некоторое время они утихли.
Теперь она слышала только, как Гоуэн, давясь, храпит и стонет сквозь разбитые нос и губы.
Женщина услышала, как отворилась дверь.
Не приглушая шагов, вошел мужчина.
Прошел мимо нее на расстоянии фута.
Прежде, чем он заговорил, она узнала в нем Гудвина.
Гудвин подошел к кровати.
- Мне нужен плащ, - сказал он.
- Сядь и сними.
Женщина слышала шорох матраца, когда Темпл садилась и Гудвин снимал с нее плащ.
Потом он прошагал мимо и вышел.
Женщина стояла рядом с дверью.
По звуку дыхания она могла узнать любого из находящихся в доме.
Потом дверь отворилась неслышно, неощутимо, женщина уловила какой-то запах - бриллиантина, которым Лупоглазый смазывал волосы.
Она совершенно не видела, как он вошел и прошел мимо, даже не знала, что он уже вошел; и ждала этого, пока не появился Томми, кравшийся за Лупоглазым.
Томми прокрался в комнату тоже беззвучно; женщина не заметила б его, как и Лупоглазого, если бы не глаза.
Они сверкали на высоте груди, с глубокой пытливостью, потом исчезли из виду, и женщина ощутила, как он присел рядом с ней на корточки; она знала, что он тоже глядит в сторону кровати, возле которой над лежащими Гоуэном и Темпл стоял Лупоглазый. Гоуэн храпел, давился и храпел.
Женщина стояла возле двери.
Она не слышала шороха мякины и потому оставалась неподвижной. Рядом с ней сидел на корточках Томми, глядя в сторону невидимой кровати.
Потом вновь уловила запах бриллиантина.
Или, скорее, почувствовала, как Томми удалился от нее, без единого звука, словно неслышная перемена его позы мягко и холодно дохнула на нее в черном безмолвии; не видя и не слыша Томми, женщина поняла, что он снова бесшумно крадется за Лупоглазым.
Она слышала, как они идут по коридору; последний звук в доме замер.
Женщина подошла к кровати.
До ее прикосновения Темпл не шевелилась.
Потом стала вырываться.
Женщина, отыскав рот Темпл, зажала его, хотя та и не пыталась кричать.
Лежа на мякинном матраце, Темпл вертелась, металась из стороны в сторону, крутила головой, сжимая на груди полы пальто, но не издавала ни звука.
- Дура! - произнесла женщина негромким, яростным шепотом.
- Это я.
Это же я.
Темпл перестала вертеть головой, но продолжала метаться под рукой женщины из стороны в сторону.
- Я расскажу отцу! - пригрозила она.
- Расскажу отцу!
Женщина не выпускала ее.
- Вставай.