- Вы что, решили, что я плохой адвокат?
- Видимо, со мной случилось то, что должно было случиться.
Бороться с этим бессмысленно.
- Если вы так считаете - конечно.
Но это неправда.
Иначе б вы велели Айсому ехать на станцию.
Так ведь?
Женщина смотрела на ребенка, оправляя одеяло у личика.
- Выспитесь, - сказал Хорес, - а утром я буду у вас.
Они миновали тюрьму - прямоугольное здание, резко испещренное тусклыми полосками света.
Лишь центральное окно, перекрещенное тонкими прутьями, было настолько широким, что его можно было назвать окном.
К нему прислонялся негр-убийца; внизу вдоль забора виднелся ряд непокрытых и в шляпах голов над широкими натруженными плечами, в мягком бездонном вечернем сумраке низко и печально звучали голоса, поющие о небесах и усталости.
- Да вы не волнуйтесь.
Все понимают, что это не Ли.
Они подъехали к отелю, перед ним на стульях сидели коммивояжеры и слушали пение.
- Я должна... - заговорила женщина.
Хорес вылез из машины и распахнул дверцу.
Женщина не двинулась.
- Послушайте, я должна сказать...
- Да, - сказал Хорес, подавая ей руку.
- Знаю.
Я приду рано утром.
Он помог женщине вылезти.
Они вошли в отель и подошли к конторке, коммивояжеры оборачивались и разглядывали ее ноги.
Пение, приглушенное стенами и светом, слышалось и там.
Пока Хорес говорил с портье, женщина с ребенком на руках молча стояла рядом.
- Послушайте, - сказала она.
Портье с ключом пошел к лестнице.
Хорес тронул женщину за руку, направляя за ним.
- Я должна вам кое-что сказать.
- Утром, - ответил Хорес.
- Я приду пораньше, - сказал он, поворачивая ее к лестнице.
Но женщина упиралась, не сводя с него взгляда; потом высвободила руку, развернувшись к нему лицом.
- Ну, ладно, - сказала она.
И заговорила ровным, негромким голосом, чуть наклоняясь к ребенку.
- У нас совсем нет денег.
Сейчас все объясню.
Последнюю партию Лупоглазый не...
- Да-да, - сказал Хорес, - утром это первым делом.
Я приду к концу вашего завтрака.
Доброй ночи.
Хорес вернулся к машине, пение все продолжалось.
- Домой, Айсом, - сказал он.
Они развернулись и снова поехали мимо тюрьмы, мимо прильнувшей к решетке фигуры и голов вдоль забора.
На стене с решеткой и оконцами неистово трепетала и билась от каждого порыва ветра рваная тень айланта; позади утихало пение, низкое и печальное.
Машина, едущая ровно и быстро, миновала узкую улочку.
- Послушай, - сказал Хорес, - куда это ты... Айсом затормозил.
- Мисс Нарцисса велела привезти вас обратно.
- Ах вот как? - сказал Хорес.
- Это очень мило с ее стороны.