Что касается Джона, то он явно колебался.
Наконец он сказал:
– Я не согласен с тобой, Лоуренс.
Думаю, Хастингс прав, хотя я хотел бы немного подождать с расследованием.
Надо во что бы то ни стало избежать огласки.
– Что ты, Джон, – запротестовал я. – Никакой огласки не будет.
Пуаро – это сама деликатность.
– В таком случае поступай как знаешь.
Часы пробили шесть.
Я решил не терять времени, хотя и позволил себе на пять минут задержаться в библиотеке, где отыскал в медицинском справочнике симптомы отравления стрихнином.
4. Пуаро начинает действовать
Дом, в котором жили бельгийцы, находился недалеко от входа в парк.
Чтобы сэкономить время, я пошел наикратчайшим путем, не по основной дороге в деревню, которая слишком петляла, а по тропинке через парк.
Я уже почти достиг выхода, как вдруг увидел, что навстречу мне кто-то идет.
Это был мистер Инглторп.
Где он был?
Как он собирается объяснить свое отсутствие?
Увидев меня, он сразу воскликнул:
«Боже мой, какое несчастье!
Моя бедная жена!
Я только что узнал!»
– Где вы были?
– Я вчера задержался у Денби.
Когда мы закончили все дела, было уже около часа.
Оказалось, я забыл дома ключи, чтобы не будить вас среди ночи, решил остаться у него.
– Как же вы узнали о случившемся? – спросил я.
– Уилкинс заехал к Денби и все ему рассказал.
Бедная моя Эмили… в ней было столько самопожертвования, столько благородства!
Она совсем себя не щадила!
Волна отвращения буквально захлестнула меня.
Как можно так изощренно лицемерить?
Извинившись, я сказал, что спешу, и был очень доволен, что он не спросил, куда я направлялся.
Через несколько минут я постучался в дверь коттеджа, где жили бельгийцы.
Никто не открывал. Я снова нетерпеливо постучал.
На этот раз наверху осторожно приоткрылось окно и оттуда выглянул Пуаро.
Он был явно удивлен моему визиту.
Подождите, друг мой, сейчас я вас впущу, и, пока буду одеваться, вы все расскажете.
Через несколько секунд Пуаро открыл дверь, и мы поднялись в его комнату.
Я очень подробно рассказал ему о том, что случилось ночью, стараясь не упустить ни малейшей детали. Пуаро тем временем с необыкновенной тщательностью приводил в порядок свой туалет.
Я рассказал ему, как меня разбудили, о последних словах миссис Инглторп, о ее ссоре с Мэри, свидетелем которой я случайно стал, о ссоре между миссис Инглторп и мисс Ховард и о нашем с ней разговоре.
Пытаясь припомнить каждую мелочь, я поминутно повторялся.
Пуаро добродушно улыбнулся.
– Друг мой, вы очень взволнованы.
Успокойтесь и давайте вместе проанализируем имеющиеся факты. Попробуем выстроить их в определенном порядке.
Те, что важны для нас, следует запомнить, а те, что нет, – он надул щеки и комично фыркнул, – п-у-у-ф… Мы сразу отбросим.
– Все это звучит прекрасно, но как мы узнаем, какие факты отбрасывать?
По-моему, в этом и заключается главная трудность.
Но у Пуаро было другое мнение.
Задумчиво поглаживая усы, он произнес:
– Отнюдь нет, друг мой.