Может быть, вы помните, сколько их было и кому они предназначались?
Немного подумав, Анни сказала:
– Было четыре письма, сэр.
Одно для мисс Ховард, Другое для нотариуса Уэллса, а про оставшиеся два я не помню, хотя, одну минуту… Да, третье письмо было адресовано Россу в Тэдминстер, он нам поставляет продукты.
А вот кому было четвертое письмо – хоть убейте – не помню.
– Постарайтесь вспомнить, Анни.
Девушка наморщила лоб и попыталась сосредоточиться.
– Нет, сэр.
Я, кажется, и не успела рассмотреть адрес на последнем письме.
– Ладно, не расстраивайтесь. Это не имеет большого значения, – сказал Пуаро, и в его голосе я не заметил ни тени разочарования. – Теперь я хочу вас спросить по поводу ковшика с какао, который стоял в комнате миссис Инглторп.
Она пила какао каждый вечер?
– Да, сэр, какао ей подавалось ежедневно, и хозяйка сама его подогревала ночью, когда хотела пить.
– Это было обычное какао?
– Да, сэр, обыкновенное – молоко, ложка сахара и две ложки рома.
– Кто приносил какао в ее комнату?
– Я, сэр.
– Всегда?
– Да, сэр.
– В какое время?
– Обычно, когда я поднималась наверх, чтобы задернуть шторы.
– Вы брали какао на кухне?
– Нет, сэр. Кухарка заранее делала какао.
Я ставила какао на столик возле двери и после ужина относила его хозяйке.
– Вы имеете в виду дверь в левом крыле?
– Да, сэр.
– А столик находится с этой стороны двери или в коридоре, на половине прислуги?
– С этой стороны, сэр.
– Когда вы вчера поставили какао на столик?
– Примерно в четверть восьмого, сэр.
– А когда отнесли его наверх?
– Около восьми.
Миссис Инглторп легла в кровать еще до того, как я успела задернуть все шторы.
– Таким образом, с четверти восьмого до восьми чашка стояла на столике возле двери?
– Да, сэр. – Анни сильно покраснела и неожиданно выпалила:
– А если там была соль, то извините – это не моя вина.
Я никогда не ставлю соль даже рядом с подносом.
– С чего вы взяли, что там была соль?
– Я видела ее на подносе.
– На подносе была рассыпана соль?
– Да, сэр, такая крупная, грубого помола.
Я ее не видела, когда забирала поднос с кухни, но когда понесла его наверх, сразу заметила соль и даже хотела вернуться, чтобы кухарка сварила новое какао, но я очень торопилась.
Доркас же куда-то ушла. Вот и я решила, что само какао в порядке, а соль попала только на поднос.
Поэтому я смахнула ее передником и отнесла какао хозяйке.
С большим трудом мне удалось сдерживать свое волнение: ведь сама того не подозревая, Анни сообщила нам ценнейшие сведения.
Хотел бы я на нее посмотреть, если бы она узнала, что «соль грубого помола» была на самом деле стрихнином, одним из самых страшных ядов, известных людям!
Я восхищался самообладанием Пуаро, ну и выдержка у моего друга!
Я с нетерпением ожидал, какой же будет следующий вопрос, но он разочаровал меня:
«Когда вы зашли в комнату миссис Инглторп, дверь в комнату мисс Цинции была заперта на засов?»
– Да, сэр, как обычно.
Ее ведь никогда не открывают.