– Мистер Инглторп, – обратился к нему Пуаро, – над этим домом нависла мрачная тень, тень убийства.
Инглторп печально кивнул и пробормотал:
– Моя несчастная жена… бедняжка, как это ужасно!
– Я полагаю, мсье, вы даже не подозреваете, насколько это ужасно для вас!
Инглторп никак не отреагировал на эти слова, и Пуаро продолжал:
– Мистер Инглторп, вы находитесь в большой опасности.
Оба детектива нервно заерзали в своих креслах.
Мне казалось, что Саммерхэй уже готов был произнести официальную преамбулу: «Все, что вы скажете, может быть использовано против вас».
Пуаро снова обратился к Инглторпу.
– Вы меня понимаете, мсье?
– Не-т. О какой опасности вы говорите?
– Я говорю о том, – отчетливо произнес Пуаро, – что вы подозреваетесь в убийстве собственной жены.
При этих словах многие из присутствующих нервно вздрогнули.
– Боже мой, – воскликнул Инглторп, – что за чудовищное предположение!
Я убил несчастную Эмили!
Мой друг пристально взглянул на него. – Мне кажется, вы не совсем понимаете, в каком невыгодном свете вы предстали во время дознания.
Итак, учитывая то, что я сейчас сказал, вы по-прежнему отказываетесь сказать, где вы находились в шесть часов вечера в понедельник?
Инглторп застонал, опустил голову и закрыл лицо ладонями.
Пуаро подошел к нему вплотную и вдруг угрожающе крикнул: – Говорите!
Инглторп медленно поднял глаза и отрицательно покачал головой.
– Вы не будете говорить?
– Нет.
Я не верю, что меня можно обвинить в таком чудовищном преступлении.
Пуаро задумчиво кивнул, словно решаясь на что-то.
– Будь по-вашему… тогда я скажу это сам!
Инглторп снова вздрогнул.
– Вы?!
Откуда вы можете знать?
Я же… – он неожиданно замолчал.
Пуаро повернулся к собравшимся.
– Мадам, месье.
Говорить буду я.
Эркюль Пуаро! Я утверждаю, что человек, покупавший стрихнин в 6 часов вечера в понедельник, не был мистером Инглторпом, так как в это время он провожал домой миссис Райкес, возвращавшуюся с соседней фермы.
Есть по меньшей мере пять свидетелей, видевших их вместе в шесть и даже немного позже. Как известно, Эбби Фарм, дом миссис Райкес, расположен в двух милях от Стайлз Сент-Мэри, поэтому алиби мистера Инглторпа сомнений не вызывает.
На мгновение все замерли, потрясенные словами моего друга.
Первым нарушил молчание Джепп, видимо, меньше других склонный к эмоциям.
– Потрясающе! Вы просто великолепны, мистер Пуаро, надеюсь, ваши свидетели надежны?
– Конечно.
Вот список с их именами.
Вы можете встретиться с каждым из них лично.
Но, уверяю вас, я отвечаю за свои слова!
– Не сомневаюсь в этом. – Джепп понизил голос. – Весьма благодарен вам, мсье Пуаро.
Действительно, арест Инглторпа был бы величайшей глупостью.
Он повернулся к Инглторпу.
– Сэр, почему же вы не могли сказать об этом во время дознания?
– Я вам отвечу почему, – перебил его Пуаро. – Кое-кто распускает слухи, что…
– Все эти слухи – газетная клевета! – возмущенно воскликнул Инглторп.
– Понятно, что мистер Инглторп не хотел сейчас еще и второго скандала.
Я прав?
– Вы совершенно правы.