Похоже, Пуаро был удовлетворен тем, что услышал.
– Я ни о чем не буду вас спрашивать.
Достаточно того, что моя догадка подтвердилась.
Ведь и у меня есть чутье!
Мы будем работать вместе.
– Не просите меня о помощи.
Я не хочу, чтобы… чтобы… Эви замолчала.
– Вы поможете мне, даже не желая этого.
Хватит и того, что вы будете моим союзником.
Я прошу только об одном.
– О чем?
– Внимательно наблюдать за происходящим.
– Я и так только этим и занимаюсь!
Сопоставляю, наблюдая, снова сопоставляю и все пытаюсь убедить себя, что я ошибаюсь.
– Если окажется, что мы ошиблись, то никто не обрадуется этому больше, чем я.
Но если мы правы, что тогда?
На чьей вы будете стороне, мисс Ховард?
– Не знаю.
– И все-таки?
– В таком случае надо будет замять дело.
– Нет, мы не имеем права.
– Но ведь сама Эмили… Она снова запнулась.
– Мисс Ховард, – мрачно промолвил Пуаро, – я не узнаю вас.
Эви гордо подняла голову и сказала тихим, но уверенным голосом:
– Я сама себя не узнаю, точнее, не узнавала.
А теперь перед вами прежняя Эвелин Ховард. – Она еще выше вскинула голову. – А Эвелин Ховард всегда на стороне закона!
Чего бы это ни стоило!
С этими словами она вышла из беседки.
– Иметь такого союзника – большая удача, – произнес Пуаро, глядя вслед удаляющейся Эви. – Она очень умна и при этом способна испытывать нормальные человеческие чувства. Уверяю вас, Хастингс, это редкое сочетание.
Я промолчал.
– Странная все-таки вещь – интуиция, – продолжал Пуаро, – и отмахнуться от нее нельзя, и объяснить невозможно.
– Видимо, вы с мисс Ховард прекрасно понимали друг друга, – проворчал я раздраженно, – но не мешало бы и меня, как-никак тоже союзника, ввести в курс дела. Я так и не понял, о ком шла речь.
– Друг мой, неужели?
Я раздраженно молчал.
– Да скажите же наконец, кого вы имели в виду?
Несколько секунд Пуаро внимательно смотрел мне в глаза, затем отрицательно покачал головой.
– Не могу.
– Да почему же, Пуаро?
– Если секрет знают больше, чем двое, то это уже не секрет.
– Я считаю вопиющей несправедливостью скрывать от меня какие-то факты.
– Я ничего от вас не скрываю.
Все, что известно мне, – известно и вам.
Можете делать свои собственные выводы.
В этом и состоит искусство детектива.
– Но я бы хотел услышать и ваши соображения.
Пуаро снова внимательно взглянул на меня и покачал головой.
– Хастингс, – грустно сказал мой друг, – к сожалению, у вас нет чутья.
– Но ведь только что вы требовали от меня лишь сообразительности.
– Трудно представить себе одно без другого.
Последняя фраза показалась мне настолько бестактной, что я даже не потрудился на нее ответить.