Как правило, такие надежды оказываются тщетными.
Кто-нибудь из посвященных в тайну обязательно проговорится.
Денверс отплыл в Англию на «Лузитании».
Бесценный документ он вез в клеенчатом пакете, который носил при себе.
И вот именно в этом плавании «Лузитания» была торпедирована и потоплена.
Денверс значился в списке погибших.
Через некоторое время его труп прибило к берегу, и он был опознан.
Однако пакета при нем не нашли!
Оставалось только гадать, что стало с бумагами – были ли они похищены, или он успел их кому-то передать.
Скорее второе.
По словам одного очевидца, после того как судно начало погружаться и команда принялась спускать шлюпки, Денверс разговаривал с молодой американкой.
Никто не видел, передал он ей что-нибудь или нет.
Но, по-моему, весьма вероятно, что он доверил документ этой американке, поскольку у нее, в силу ее пола, было больше шансов благополучно добраться до берега.
Ну, а если так, то где эта девушка и что она сделала с документом?
Позже из Америки пришли сведения, что за Денверсом с самого начала велась непрерывная слежка.
Была ли девушка сообщницей его врагов?
Или за ней, в свою очередь, также установили слежку, а потом обманом или силой отобрали бесценный пакет?
Мы приняли меры, чтобы разыскать ее.
Но это оказалось неожиданно сложным.
Зовут ее Джейн Финн, и эта фамилия значилась в списке оставшихся в живых. Но сама девушка бесследно исчезла.
Справки, наведенные о ее прошлом, ничего существенного не дали.
Она была сиротой, преподавала в младших классах небольшой школы, где-то на Западе Соединенных Штатов.
Судя по паспорту, она ехала в Париж, где собиралась работать в госпитале.
Она сама предложила свои услуги, и после соответствующих формальностей ее зачислили в штат.
Обнаружив ее фамилию в списке спасшихся с «Лузитании», начальство госпиталя было, естественно, очень удивлено тем, что она не явилась и не дала о себе знать.
Короче говоря, было предпринято все, чтобы разыскать эту барышню, но – безрезультатно.
Нам удалось установить, что через Ирландию она проехала, но в Англии ее след теряется.
Документом же до сих пор никто не воспользовался, хотя удобных моментов было предостаточно – и мы пришли к выводу, что Денверс его все-таки уничтожил.
Военная ситуация тем временем изменилась, а с ней – и дипломатическая, так что надобность в договоре вообще отпала.
Слухи о том, что существуют предварительные его варианты, категорически опровергались, исчезновение Джейн Финн было забыто, как и все связанное с этим делом.
Мистер Картер умолк, и Таппенс спросила нетерпеливо:
– Так почему же оно всплыло опять?
Война ведь кончилась.
Усталость мистера Картера как рукой сняло.
– Потому что документ, как выяснилось, остался цел и сегодня его тоже можно употребить, но теперь уже с самыми скверными для нас последствиями.
Таппенс удивленно уставилась на него, и мистер Картер, кивнув, продолжил:
– Да, пять лет назад договор был бы нашим оружием, а теперь он оружие против нас. Сама идея оказалась ошибочной.
Непростительный для нас промах!
И если его условия станут известны, последствия могут оказаться самыми пагубными… Вплоть до новой войны, и на этот раз не с Германией!
Это, разумеется, лишь в крайнем случае, я не думаю, что дойдет до такого. Тем не менее документ, бесспорно, компрометирует ряд наших государственных деятелей, что в настоящий момент совершенно недопустимо, поскольку в этой ситуации к власти могут прийти лейбористы, что, по моему мнению, весьма отрицательно скажется на английской торговле. Но даже и это отнюдь не самое страшное.
Помолчав, он негромко добавил:
– Возможно, вы слышали или читали, что нынешнее недовольство рабочих во многом результат большевистских интриг.
Таппенс кивнула.
– Так оно и есть.
Большевистское золото буквально рекой льется в нашу страну, чтобы вызвать в ней революцию.
А некая личность – чье настоящее имя нам неизвестно – ловит рыбку в мутной воде.
За рабочими волнениями стоят большевики… но за большевиками стоит этот человек.
Кто он такой?
Мы не знаем.
Его называют просто «мистер Браун».