Все ясно?
– Все.
– Тогда приготовьтесь! Пора прощаться. – Он взял ее руку и уже громко произнес: – Прощайте! Желаю удачи!
Ее пальцы сжали клеенчатый пакет, до последнего момента скрытый в его ладони.
«Лузитания» все заметнее кренилась на правый борт.
Девушку окликнули, и она спустилась в шлюпку.
Глава 1 Молодые Авантюристы с ограниченной ответственностью
– Томми, старый черт!
– Таппенс, старая перечница!
Обмениваясь этими дружескими приветствиями, молодые люди на секунду застопорили движение на выходе из метро на Дувр-стрит.
Словечки «старый» и «старая» были не слишком точны – общий возраст этой парочки не достигал и сорока пяти.
– Сто лет тебя не видел! – продолжал молодой человек. – Куда ты летишь?
Может, перехватим где-нибудь пару плюшек?
А то здесь нам, того и гляди, врежут – перегородили проход.
Пошли отсюда!
Девушка кивнула, и они зашагали по Дувр-стрит в сторону Пикадилли.
– Так куда мы направимся? – осведомился Томми.
Чуткие уши мисс Пруденс Каули, по некой таинственной причине которую в кругу близких людей звали «Таппенс», не преминули уловить легкую тревогу в его голосе.
– Томми, ты на мели! – безапелляционно заявила она.
– Да ничего подобного! – запротестовал Томми. – Кошелек еле застегивается.
– Врать ты никогда не умел, – сурово изрекла Таппенс. – Разве что сестре Гринбенк, когда ты внушил ей, что тебе назначено пиво для поднятия тонуса, просто врач забыл вписать это в карту.
Помнишь?
– Еще бы! – Томми засмеялся. – Матушка Гринбенк шипела точно кошка, когда дело прояснилось.
Хотя вообще-то неплохая была старушенция!
Госпиталь – наш госпиталь! – тоже, наверное, расформирован?
– Да. – Таппенс вздохнула. – Тебя демобилизовали?
– Два месяца назад.
– А выходное пособие? – осторожно спросила Таппенс.
– Израсходовано.
– Ну, Томми!
– Нет, старушка, не на буйные оргии.
Где уж там!
Прожиточный минимум нынче, – самый минимальный минимум, – составляет, да будет тебе известно…
– Детка! – перебила его Таппенс. – Относительно прожиточных минимумов мне известно все, и очень хорошо известно… А, вот и «Лайонс»! Чур, каждый платит за себя.
Идем! – И Таппенс направилась к лестнице на второй этаж. Зал был полон.
Бродя в поисках свободного столика, они невольно слышали обрывки разговоров.
– …и знаешь, она села и… да-да, и расплакалась, когда я ей сказал, что надеяться на квартиру ей в общем нечего…
– …ну просто даром, дорогая!
Точь-в-точь такая же, какую Мейбл Льюис привезла из Парижа…
– Поразительно, чего только не наслушаешься! – шепнул Томми. – Утром я обогнал двух типчиков, которые говорили про какую-то Джейн Финн.
Нет, ты слышала когда-нибудь подобную фамилию!
Тут как раз две пожилые дамы встали из-за стола и принялись собирать многочисленные свертки. Таппенс ловко проскользнула на освободившийся стул.
Томми заказал чай с плюшками, Таппенс – чай и жареные хлебцы с маслом.
– И чай, пожалуйста, в отдельных чайничках, – добавила она строго.
Томми уселся напротив нее.
Его рыжие волосы были гладко зализаны, но некрасивое симпатичное лицо не оставляло сомнений: перед вами джентльмен и любитель спорта.
Безупречно сшитый коричневый костюм явно доживал свои дни.
Оба они смотрелись очень современно.
Таппенс – не то чтобы красавица, но маленькое ее личико с волевым подбородком и большими широко расставленными серыми глазами, задумчиво глядящими на мир из-под прямых черных бровей, не было лишено очарования.
На черных, коротко остриженных волосах кокетливо примостилась зеленая шапочка, а далеко не новая и очень короткая юбка открывала на редкость стройные ножки.