Наконец тот лопнул, теперь его руки были свободны.
Дальше все было проще.
Через пять минут он с трудом поднялся на затекшие ноги и перевязал кровоточащие запястья.
Потом присел на край кровати, обдумывая положение.
Конрад забрал ключ от двери, так что рассчитывать на помощь Аннет больше не приходится.
Выйти из комнаты можно только через дверь, и, значит, остается одно – ждать, когда Конрад и его дружок явятся за ним.
А когда они войдут… Томми улыбнулся.
С величайшей осторожностью он нащупал в темноте знакомую картину и снял ее с крючка.
Приятно было сознавать, что он не напрасно обдумывал этот вариант с картиной.
Теперь оставалось только ждать, и он ждал.
Ночь тянулась медленно – целую вечность, как показалось Томми. Но наконец он услышал шаги.
Он поднялся с кровати, глубоко вздохнул и поудобнее перехватил картину.
Дверь открылась.
Из коридора в комнату проник слабый свет, и Конрад направился прямо к газовому рожку.
Томми почувствовал легкое разочарование, оттого, что первым вошел Конрад.
Было бы приятно посчитаться именно с ним.
Но пришлось довольствоваться Номером Четырнадцатым.
Как только тот переступил порог, Томми изо всех сил ударил его картиной по голове.
Номер Четырнадцатый рухнул на пол под оглушительный звон бьющегося стекла, а Томми выскочил за дверь и закрыл ее.
Ключ был в замке, он повернул его и выдернул из скважины как раз в ту секунду, когда Конрад начал биться плечом в дверь, пересыпая удары ругательствами.
Томми остановился в нерешительности.
Снизу донесся какой-то шум, потом раздался голос немца:
– Gott im Himmel!
Конрад, в чем дело?
Томми почувствовал, как его руку сжали тонкие пальцы.
Рядом с ним стояла Аннет.
Она указывала на приставную лестницу, которая, видимо, вела на чердак.
– Туда, быстрее! – Она потащила его за собой, и через секунду они очутились на пыльном, заваленном всяким хламом чердаке.
Томми огляделся.
– Какой смысл?
Это же ловушка.
Отсюда нет выхода.
– Ш-ш!
Минутку. – Аннет прижала палец к губам, тихонько подошла к люку и прислушалась.
Снизу доносился оглушающий грохот.
Немец и кто-то еще пытались выломать дверь.
Аннет объяснила шепотом:
– Они думают, что вы еще там.
Разобрать, что говорит Конрад, они не могут.
Дверь очень толстая.
– А я думал, что прослушивается все до последнего слова.
– Да, в стене есть отверстие.
Вы молодец, что догадались.
Но они про него забыли. Они думают только о том, как бы взломать дверь.
– Да… но, послушайте…
– Подождите.
Она нагнулась, и Томми с изумлением увидел, что она привязывает длинную бечевку к ручке большого покрытого трещинами кувшина. Кувшин она осторожно поставила на край люка и обернулась к Томми.
– Ключ от двери у вас?
– Да.
– Дайте его мне. – Он отдал ей ключ, и она продолжала: – Я сейчас спущусь.