Как только война кончилась, я сразу бросился вас разыскивать.
Лицо девушки омрачилось.
– Мне сказали… это так страшно… что у меня пропала память, и с той поры прошло уже много лет, о которых я ничего не знаю, – годы, вычеркнутые из моей жизни.
– А ты разве сама этого еще не осознала?
Глаза девушки широко раскрылись.
– Нет.
Мне кажется, и нескольких дней не прошло после того, как нас посадили в шлюпки.
Так и стоит перед глазами… – Она в страхе зажмурилась.
Джулиус взглянул на сэра Джеймса, тот кивнул.
– Постарайся успокоиться, не нужно об этом вспоминать.
И вот что, Джейн, нам надо от тебя кое-что узнать.
С тобой на «Лузитании» плыл человек с очень важными бумагами, и здешние заправилы думают, что он отдал их тебе.
Это правда?
Девушка не знала, что сказать, переведя взгляд на сэра Джеймса и Томми.
Джулиус поспешил ее успокоить:
– Мистер Бересфорд уполномочен английским правительством разыскать эти бумаги.
А сэр Джеймс Пиль Эджертон – член английского парламента и мог бы занять видный пост в кабинете, если бы захотел.
Только благодаря ему нам удалось тебя отыскать, так что можешь ничего не бояться.
Денверс отдал тебе документ?
– Да, он сказал, что так будет надежнее, потому что в шлюпки сначала посадят женщин и детей.
– Мы так и думали, – заметил сэр Джеймс.
– Он сказал, что это очень важный документ, очень нужный для союзников.
Но раз с тех пор прошло столько времени, война давно кончилась, кому он нужен теперь?
– По-моему, история повторяется, Джейн.
Сначала из-за него поднялась большая буча, потом о нем вроде бы забыли, а теперь началась новая заварушка, хотя и по другой причине.
Так ты можешь отдать его нам сейчас же?
– Нет.
– Что?!
– У меня его нет.
– У тебя… его… нет! – повторил Джулиус, делая паузы между словами.
– Я его спрятала.
– Спрятала?!
– Да.
Мне было так страшно.
За мной как будто следили, и я перепугалась… – Она прижала ладонь ко лбу. – Это последнее, что я помню перед тем, как очнулась в больнице…
– Продолжайте, – сказал сэр Джеймс ласковым успокаивающим тоном. – Так что вы помните?
Она послушно перевела взгляд на него.
– Это было в Холихеде.
Я не помню, почему я там оказалась…
– Это несущественно, продолжайте.
– В толчее на пристани мне удалось тихонько ускользнуть.
Никто за мной не охотился.
Я взяла такси и велела отвезти меня за город.
Когда мы выехали на шоссе, я все время смотрела назад, но за нами никто не гнался.
Я увидела тропинку и велела шоферу подождать… – Она помолчала. – Тропинка вела к обрыву, а потом спускалась к морю между больших желтых кустов дрока – они были словно золотой огонь.
Я посмотрела по сторонам.
Никого не было.
Тут я заметила на уровне моей головы отверстие в скале.
Очень узкое – я едва могла просунуть в него руку. Но трещина оказалась глубокой.
Я сняла с шеи клеенчатый пакетик и засунула его в эту щель – так глубоко, как сумела.