– В последнем случае, – сказал Фретлби, не глядя на доктора и вертя в руках нож для бумаги, – вы тоже считаете человека сумасшедшим?
– Да, – уверенно ответил медик. – Он такой же сумасшедший, как и человек, убивший другого, потому что ему велел сделать это бог или какой-то голос. Просто у него сумасшествие очень последовательно.
Например, мне кажется, что то убийство в кэбе, в котором вы были замешаны…
– Я не был замешан в этом! – прервал Марк собеседника, побледнев от гнева.
– Прошу прощения, – спокойно извинился Чинстон, – оговорился.
Я хотел сказать, что человек, совершивший это убийство, был не в себе.
Он, без сомнения, сейчас на свободе и ведет себя нормально, как мы с вами, и все же сумасшествие уже забралось в него, и рано или поздно он совершит новое преступление.
– Откуда вы знаете, что то убийство было преднамеренным? – резко спросил Фретлби.
– Это же очевидно, – последовал ответ. – За Уайтом следили в ту ночь, и когда Фицджеральд ушел, кто-то другой был готов занять его место и был точно так же одет.
– Это все ерунда, – не согласился Марк, глядя на компаньона. – В Мельбурне десятки мужчин носят вечерний костюм, светлое пальто и шляпу с мягкими полями… Да я и сам так одеваюсь!
– Ну, это могло быть и совпадением, – сказал доктор недовольным голосом, – но хлороформ доказывает обратное. Люди не носят с собой хлороформа.
– Согласен, – ответил его собеседник, и на этом тему оставили.
Чинстон осмотрел Марка Фретлби, и когда закончил, его лицо было мрачным, хотя он как будто бы продолжал смеяться над страхами миллионера.
– Вы абсолютно здоровы, – весело заявил он. – Работа сердца немного ослаблена, но только и всего. Но избегайте стрессов, избегайте стрессов, – добавил он.
Когда Фретлби надевал пальто, в дверь постучали и вошла Мадж.
– Брайан уехал, – начала она. – Ой, извините, доктор… Папа болен? – спросила она, испугавшись.
– Нет, дитя, нет, – ответил Чинстон, – все в порядке, надо только избегать стрессов.
Но когда Марк повернулся к двери, она, не сводя взгляда с лица врача, заметила, какое у него мрачное выражение.
– Есть какая-то опасность? – спросила она, прикоснувшись к его руке, когда они на мгновение задержались у двери.
– Нет!
Нет! – поспешно ответил медик.
– Неправда, я же вижу, – настаивала девушка. – Скажите мне, я хочу знать.
Доктор посмотрел на нее с сомнением, а потом положил руку ей на плечо.
– Дорогая леди, – проговорил он мрачно, – я скажу вам то, что не осмелился сказать вашему отцу.
– Что? – спросила Мадж тихим голосом, побледнев.
– Его сердце очень слабо.
– Есть опасность?
– Да, серьезная опасность.
В случае внезапного шока… – Врач засомневался и замолчал.
– Да?..
– Может случиться смертельный приступ.
– О боже!
Глава 26
Собственная теория Килсипа
Мистер Калтон сидел в офисе и читал письмо, которое только что получил от Фицджеральда, и, судя по довольной улыбке на его лице, это чтение доставляло ему удовольствие.
«Я знаю, – написал Брайан, – что теперь, когда ты взялся за это дело, ты не остановишься, пока не выяснишь все, поэтому, поскольку я хочу, чтобы дело это было забыто, я опережу тебя и все расскажу сам.
Ты был прав насчет того, что я знаю что-то, что может привести к убийце Уайта, но когда я объясню тебе причины моего молчания, я уверен, ты не станешь винить меня.
Имей в виду, я не говорю, что знаю, кто совершил убийство, но у меня есть подозрения – очень серьезные подозрения, – и я был бы благодарен небесам, если бы Розанна Мур умерла прежде, чем поведала мне свою тайну.
Тем не менее я расскажу тебе все и позволю тебе самому судить, прав ли я был, скрывая этот секрет.
Я зайду к тебе в офис на следующей неделе, и тогда ты узнаешь все, что Розанна Мур рассказала мне. Но, услышав это, ты будешь жалеть меня».
«Очень интересно, – подумал Дункан, откинувшись на спинку стула и положив письмо. – А может, он собирается сказать мне, что это он убил Уайта, а Сал Роулинз дала ложные показания, чтобы оправдать его?
Нет, не может быть, иначе она бы объявилась в более подходящий момент и не стала бы рисковать его шеей до последнего мгновения.
И все же, хотя у меня и есть правило ничему не удивляться, я полагаю, что Брайан Фицджеральд расскажет мне то, что немало удивит меня.
Я никогда не сталкивался с таким запутанным делом, и, судя по всему, до развязки еще далеко.
В конце концов, – задумался мистер Калтон, – правда всегда невероятнее выдумки».
Послышался стук в дверь, и в ответ на приглашение войти дверь открылась, и в комнату проскользнул Килсип.
– Вы не заняты, сэр? – спросил он мягким, низким голосом.
– Боже, вовсе нет, – беззаботно ответил Калтон. – Заходите, заходите!
Сыщик закрыл дверь и мягкой поступью прошел по кабинету и сел рядом с его хозяином, положив свою шляпу на пол. Он внимательно посмотрел на адвоката.
– Итак, Килсип, – начал тот, зевая и вертя свою цепочку для часов, – у вас какие-то хорошие новости для меня?