Дейн не был способен удовлетвориться спокойным, уважаемым существованием или зарабатывать свой хлеб без всяких приключений.
Это был опасный человек, особенно опасный из-за огромного тщеславия и страшной нехватки моральных принципов.
Уговорив Стила не арестовывать его и никаким образом не угрожать его свободе, Дейн радостно продолжил предавать тех, кому он поклялся в молчании.
Марк был таким же злым и подлым, как и вся их банда, и Джайлс не мог не почувствовать презрение к предателю.
У воров должна быть честь, считал Вэйр, но Дейн не верил в такие вещи и объяснял это очень просто.
– Я встретил Денхэма – как он звал себя много лет назад в Италии, в Милане, – начал Марк свой рассказ. – У него был там дом.
Его дочь – давайте пока называть Анну его дочерью, хотя я очень рад узнать, что это не так, – жила с ним.
Ей было около пятнадцати, и она ходила в школу при монастыре.
Мы с ней поладили.
Я обожал ее за красоту и доброту сердца.
Я был нищим, ибо мои деньги пропали при переезде из Америки.
Денхэм взял меня к себе.
Я помогал им, так что это не было чистой благотворительностью.
– Все же он взял вас к себе, – заметил Джайлс. – Это великодушно с его стороны.
– Это было выгодно для него самого, – возразил Дейн. – Говорю вам, сэр, Денхэму был нужен лишь секретарь, как он это называл, – а по-моему, просто удобный инструмент.
И он нашел, что искал, в моем лице.
Я не отрицаю, что делал всю грязную работу, но у меня было определенное чувство благодарности, потому что он спас меня от голода.
– Вы противоречите себе, Дейн.
– Нет, сэр, – ответил Марк с истинно ирландским упрямством. – Однако я здесь не для того, чтобы спорить по поводу моего поведения, а для того, чтобы рассказать вам факты.
– Именно факты мы и хотим узнать, – сказал Стил, взяв свой блокнот для записи.
– Именно факты я и расскажу! – пылко заявил Дейн, а затем продолжил более спокойным тоном: – Мисс Анна весь день находилась в школе.
Денхэм никогда не давал ей знать, каким дьяволом он является.
Она считала его хорошим человеком.
Затем, думая, что девочка может узнать что-то лишнее, он послал ее продолжать образование в монастырь, а сам переехал во Флоренцию.
Там он назвался Джорджем Франклином.
Денхэм сказал мне, что намеревается получить много денег, взяв это имя.
– Значит, он признал, что не был Джорджем Франклином, – сделал вывод Джайлс.
– Он никогда ничего не признавал.
Иногда он говорил, что его настоящее имя – Джордж Франклин, иногда заявлял, что на самом деле его зовут Альфред Денхэм.
Но у него было так много имен на протяжении его карьеры, – добавил Дейн, пожимая плечами, – что одним больше, одним меньше… Это ничего не меняло.
Кроме того, он был таким лжецом, что я никогда не верил ни единому его слову.
– Даже относительно денег Пауэлла?
– Нет, в это я верил.
Он постоянно проклинал какую-то девушку, которая стояла между ним и деньгами.
Однажды он упомянул ее имя.
Я был с ним в Англии в то время и приступил к ее розыскам.
Я узнал все о мисс Кент и о ее помолвке с вами, мистер Вэйр.
– И вы узнали всё о деньгах Пауэлла?
– Да.
Я наконец услышал правду от Денхэма, но он никогда не говорил об этом мисс Анне и никогда не упоминал имя мисс Кент в ее присутствии. А еще он никогда не говорил мне, что Анна была не его ребенком.
Я ни на мгновение не сомневался, что она было дочерью Франклина.
Да и к тому же, – беззаботно добавил Марк, – я никогда не знал наверняка, Денхэм он или Франклин.
– Но мисс Анна ничего не знала обо всем этом? – спросил Джайлс.
– Абсолютно ничего.
После того как она уехала в монастырь в Милане, Денхэм не позволял ей больше возвращаться к нему.
Он боялся, как бы Анна не узнала, кем он был. Ему хотелось сохранить ее доброе мнение о нем.
Она стала гувернанткой и очень редко приезжала домой.
– А как Денхэм зарабатывал на жизнь?
– Он организовал сообщество Алого Креста.
Купил яхту и отправился в Англию из города Генуя.