- Стало немного лучше, но, клянусь богом, ты меня потрясла.
- Неплохая сцена, правда?
- При чем тут сцена? Все дело в тебе.
Ты перевернула мне всю душу.
Критики правы, черт побери, ты - настоящая актриса, ничего не скажешь.
- И ты только сейчас это увидел?
- Я знал, что ты хорошо играешь, но и понятия не имел, что так хорошо.
Мы все рядом с тобой ничто.
Ты будешь звездой.
Что бы ни стояло у тебя на пути.
- Тогда ты будешь моим партнером.
- Черта лысого это мне удастся у лондонских антрепренеров.
Джулию осенило:
- Значит, ты сам должен стать антрепренером и сделать меня исполнительницей главных ролей.
Майкл помолчал.
Он был немного тугодум, и ему требовалось время, чтобы оценить по достоинству новую мысль.
- Знаешь, а это совсем неплохая идея.
За ленчем они обсудили ее поподробнее.
Говорила в основном Джулия, Майкл слушал с глубоким интересом.
- Конечно, единственный способ постоянно иметь хорошие роли - это самому быть антрепренером труппы, - сказал он.
Все упиралось в деньги.
Они прикинули, с чего можно начать.
Майкл считал, что им надо минимум пять тысяч фунтов.
Но как, скажите на милость, им раздобыть такую сумму?
Конечно, некоторые из миддлпульских фабрикантов просто купаются в золоте, однако вряд ли можно ожидать, что они раскошелятся на пять тысяч фунтов, чтобы помочь двум молодым актерам, заслужившим только местную славу.
К тому же они ревниво относились к Лондону.
- Придется тебе поискать богатую старуху, - весело сказала Джулия.
Она лишь наполовину верила всему, что говорила, но ей было приятно обсуждать проект, который еще больше сблизил бы ее с Майклом.
Однако Майкл был вполне серьезен.
- Я не думаю, что в Лондоне можно добиться успеха, пока тебя как следует не узнают.
Самое верное - года три-четыре поиграть в чужих труппах; нужно разведать все ходы и выходы.
Это имеет еще одно преимущество - у нас будет время познакомиться с пьесами.
Безумие открывать свой театр, не имея в запасе по крайней мере трех пьес.
Одна из них должна стать гвоздем сезона.
- Конечно, и нам надо непременно играть вместе, чтобы публика привыкла видеть наши имена на одной и той же афише.
- Не думаю, чтобы это имело особое значение.
Главное - завоевать в Лондоне хорошую репутацию, тогда нам куда легче будет найти людей, которые финансируют наше предприятие.
4. Дело шло к пасхе, а Джимми Лэнгтон всегда закрывал театр на страстную неделю.
Джулия не представляла, куда ей себя девать; вряд ли стоило ехать в Джерси на такое короткое время.
Однажды утром она неожиданно получила письмо от миссис Госселин, матери Майкла, где говорилось, что она доставит им с полковником большое удовольствие, если приедет на недельку вместе с Майклом к ним в Челтнем.
Когда она показала письмо Майклу, он просиял.
- Я попросил ее тебя пригласить.
Я думал, это будет приличнее, чем просто взять тебя с собой.
- Ты - душка.
Конечно, я буду очень рада поехать.
Сердце Джулии трепетало от счастья.
Что могло быть восхитительней, чем провести целую неделю вместе с Майклом!
И это так на него похоже: прийти на выручку, когда ему стало известно, что она не знает, что бы ей предпринять.
Но тут она увидела, что он чем-то обеспокоен.
- В чем дело?