- Говорите что хотите, мистер Госселин, а только пока у меня есть здоровье да силы, никто другой не будет прислуживать мисс Лэмберт.
- Мы все стареем.
Эви, мы все уже немолоды.
Эви, шмыгнув носом, утерла его пальцем.
- Пока мисс Лэмберт достаточно молода, чтобы играть женщин двадцати пяти лет, я тоже достаточно молода, чтобы одевать ее в театре и прислуживать ей дома, - Эви кинула на него проницательный взгляд.
- И зачем это вам надо платить два жалованья - такую кучу денег! - когда вы имеете всю работу заодно?
Майкл добродушно рассмеялся:
- В этом что-то есть, Эви, милочка.
...Эви выпроводила Джулию из комнаты и погнала ее наверх.
Когда не было дневного спектакля, Джулия обычно ложилась поспать часа на два перед вечерним, а затем делала легкий массаж.
Она разделась и скользнула в постель.
- Черт подери, грелка совершенно остыла.
Джулия взглянула на стоявшие на камине часы.
Ничего удивительного, грелка прождала ее чуть не час.
Вот уж не думала, что так долго пробыла в комнате Майкла, разглядывая фотографии и перебирая в памяти прошлое.
"Сорок шесть.
Сорок шесть.
Сорок шесть.
Я уйду со сцены в шестьдесят.
В пятьдесят восемь - турне по Южной Африке и Австралии.
Майкл говорит, там можно изрядно набить карман.
Сыграю все свои старые роли.
Конечно, даже в шестьдесят я смогу играть сорокапятилетних.
Но откуда их взять?
Проклятые драматурги!"
Стараясь припомнить пьесу, в которой была бы хорошая роль для женщины сорока пяти лет, Джулия уснула.
Спала она крепко и проснулась только, когда пришла массажистка.
Эви принесла вечернюю газету, и, пока Джулии массировали длинные стройные ноги и плоский живот, она, надев очки, читала те самые театральные новости, что и утром, ту же светскую хронику и страничку для женщин.
Вскоре в комнату вошел Майкл и присел к ней на кровать.
- Ну, как его зовут? - спросила Джулия.
- Кого?
- Мальчика, которого мы пригласили к ленчу.
- Понятия не имею.
Я отвез его в театр и думать о нем забыл.
Мисс Филиппе, массажистке, нравился Майкл.
С ним тебя не ждут никакие неожиданности.
Он всегда говорит одно и то же, и знаешь, что отвечать.
И нисколько не задается.
А красив!..
Даже трудно поверить!
- Ну, мисс Филиппе, сгоняем жирок?
- Ах, мистер Госселин, да на мисс Лэмберт нет и унции жира.
Просто чудо, как она сохраняет фигуру.
- Жаль, что вы не можете массировать меня, мисс Филиппе.
Может быть, согнали бы и с меня лишек.
- Что вы такое говорите, мистер Госселин!
Да у вас фигура двадцатилетнего юноши.
Не представляю, как вы этого добиваетесь, честное слово, не представляю.
- "Скромный образ жизни, высокий образ мыслей" [Цицерон, "Из писем к близким"].
Джулия не обращала внимания на их болтовню, но ответ мисс Филиппе достиг ее слуха: