Он покупал современную живопись и собирал старинную мебель.
Он очень любил музыку и был на редкость хорошо начитан.
Сперва ему было просто забавно приходить в крошечную квартирку на Бэкингем-плейс-роуд, где жили двое молодых актеров.
Он видел, что они бедны, и ему приятно щекотало нервы знакомство с - как он наивно полагал - настоящей богемой.
Он приходил к ним несколько раз, и для него было настоящим приключением, когда его пригласили на ленч, который им подавало форменное пугало по имени Эви, служившее у них горничной.
Лорд Чарлз не обращал особого внимания на Майкла, который, несмотря на свою бьющую в глаза красоту, казался ему довольно заурядным молодым человеком, но Джулия покорила его.
У нее были темперамент, характер и кипучая энергия, с которыми ему еще не приходилось сталкиваться.
Несколько раз лорд Чарлз ходил в театр смотреть Джулию и сравнивал ее исполнение с игрой великих актрис мира, которых он видел в свое время.
Ему казалось, что у нее очень яркая индивидуальность.
Ее обаяние было бесспорно.
Его сердце затрепетало от восторга, когда он внезапно понял, как она талантлива.
"Вторая Сиддонс, возможно, больше, чем Эллен Терри" [Терри, Эллен Алисия (1848-1928) - английская актриса].
В те дни Джулия не считала нужным ложиться днем в постель, она была сильна, как лошадь, и никогда не уставала, и они часто гуляли вместе с лордом Чарлзом в парке.
Она чувствовала, что ему хочется видеть в ней дитя природы.
Джулии это вполне подходило.
Ей не надо было прилагать усилий, чтобы казаться искренней, открытой и девически восторженной.
Чарлз водил ее в Национальную галерею, в музей Тейта [музей классической и современной живописи в Лондоне] и Британский музей, и она испытывала от этого почти такое удовольствие, какое выказывала.
Лорд Тэмерли любил делиться сведениями, Джулия была рада их получать.
У нее была цепкая память, и она очень много от него узнала.
Если впоследствии она могла рассуждать о Прусте [Пруст, Марсель (1871-1922) - французский писатель] и Сезанне [Сезанн, Поль (1839-1906) - французский живописец] в самом избранном обществе так, что все поражались ее высокой культуре, обязана этим она была лорду Чарлзу.
Джулия поняла, что он влюбился в нее, еще до того как он сам это осознал.
Ей казалось это довольно забавным.
С ее точки зрения, лорд Чарлз был пожилой мужчина, и она думала о нем, как о добром старом дядюшке.
В то время Джулия еще была без ума от Майкла.
Когда Чарлз догадался, что любит ее, его манера обращения с ней немного изменилась, он стал стеснительным и часто, оставаясь с ней наедине, молчал.
"Бедный ягненочек, - сказала она себе, - он такой большой джентльмен, что просто не знает, как ему себя вести".
Сама-то она уже давно решила, какой ей держаться линии поведения, когда он откроется ей в любви, что рано или поздно обязательно должно было произойти.
Одно она даст ему понять без обиняков: пусть не воображает, раз он лорд, а она - актриса, что ему стоит только поманить и она прыгнет к нему в постель.
Если он попробует с ней такие штучки, она разыграет оскорбленную добродетель и, вытянув вперед руку - роскошный жест, которому ее научила Жанна Тэбу, - укажет ему пальцем на дверь.
С другой стороны, если он будет скован, не сможет выдавить из себя путного слова от смущения и расстройства чувств, она и сама будет робка и трепетна, слезы в голосе и все в этом духе; она скажет, что ей и в голову не приходило, какие он испытывает к ней чувства, и - нет, нет, это невозможно, это разобьет Майклу сердце.
Они хорошо выплачутся вместе, и потом все будет как надо.
Чарлз прекрасно воспитан и не станет ей надоедать, если она раз и навсегда вобьет ему в голову, что дело не выгорит.
Но когда объяснение наконец произошло, все было совсем не так, как ожидала Джулия.
Они с Чарлзом гуляли в Сент-Джеймс-парке, любовались пеликанами и обсуждали - по ассоциации, - будет ли она в воскресенье вечером играть Милламант [героиня комедии "Пути светской жизни" У.Конгрива (1670-1729), английского комедиографа].
Затем они вернулись домой к Джулии выпить по чашечке чаю.
Съели пополам сдобную лепешку.
Вскоре лорд Чарлз поднялся, чтобы уйти.
Он вынул из кармана миниатюру и протянул Джулии.
- Портрет Клэрон.
Это актриса восемнадцатого века, у нее было много ваших достоинств.
Джулия взглянула на хорошенькое умное личико, окаймленное пудреными буклями, и подумала, настоящие ли бриллианты на рамке или стразы.
- О, Чарлз, это слишком дорогая вещь.
Как мило с вашей стороны!
- Я так и думал, что она вам понравится.
Это - нечто вроде прощального подарка.
- Вы уезжаете?
Джулия была удивлена, он ничего ей об этом не говорил.
Лорд Чарлз взглянул на нее с легкой улыбкой.
- Нет.
Но я намерен больше не встречаться с вами.