Уголком глаза Джулия увидела, как Том побледнел, ощутила, как внезапная мука пронзила его до глубины души, почувствовала, что его плоть и кровь просто не в состоянии выдержать ее страдания.
- Джулия!
Голос изменил ему.
Она медленно перевела на него подернутые влагой глаза.
Перед ним была не плачущая женщина, перед ним была вся скорбь человеческого рода, неизмеримое, безутешное горе - вечный удел людей.
Том кинулся на колени и привлек ее в свои объятия.
Он был потрясен.
- Любимая! Любимая!
Джулия не двигалась.
Казалось, она не осознает, что он тут, рядом.
Том целовал ее плачущие глаза, искал губами ее губы.
Она отдала их Тому, словно была беспомощна перед ним, словно она не понимает, что с ней, и утеряла всю свою волю.
Почти незаметным движением Джулия прижалась к нему всем телом, руки ее словно ненароком обвились вокруг его шеи.
Она лежала в объятиях Тома не то чтобы совсем мертвая, но так, будто все ее силы, вся энергия оставили ее.
Он чувствовал во рту соленый вкус ее слез.
Наконец, утомленная, все еще обвивая его мягкими руками, Джулия откинулась на диван.
Том прильнул к ее губам.
Глядя на нее четверть часа спустя, такую спокойную и веселую, лишь немного раскрасневшуюся, никто бы не догадался, что совсем недавно она так горько плакала.
Они выпили оба по бокалу виски с содовой, выкурили по сигарете и с нежностью смотрели сейчас Друг на друга.
"Он - душка", - подумала Джулия.
Ей пришло в голову, что она может доставить Тому удовольствие.
- Сегодня на спектакле будут герцог и герцогиня Рикби, потом мы пойдем вместе ужинать в "Савой".
Ты, наверное, не пожелаешь разделить с нами компанию?
Я без кавалера.
- Если ты этого хочешь, пойду с удовольствием.
Румянец, сгустившийся у него на щеках, явственно сказал ей о том, как он взволнован возможностью встретиться с такими высокопоставленными особами.
Джулия не стала говорить ему, что чета Рикби готова отправиться куда угодно, лишь бы угоститься за чужой счет.
Том взял обратно ее подарки; смущенно, правда, но взял.
Когда он ушел, Джулия присела к туалетному столику и посмотрела на себя в зеркало.
"Как удачно, что у меня не распухают от слез глаза, - сказала она.
Она немного помассировала веки.
- И все равно, до чего мужчины глупы!"
Джулия была счастлива.
Теперь все будет хорошо.
Она заполучила Тома обратно.
Но где-то в самых тайниках души, она чувствовала к Тому хоть и слабое, но презрение за то, что ей удалось так легко его провести.
16.
Ссора, каким-то непонятным образом, сломав разделявший их барьер, сблизила Джулию и Тома еще больше.
Том не так сильно сопротивлялся, как она ожидала, когда она снова подняла вопрос о квартире.
Казалось, после их примирения, взяв обратно ее подарки и согласившись забыть о долге, он сделался глух к угрызениям совести.
Как увлекательно было обставлять квартиру!
Жена шофера убирала ее и готовила Тому завтрак.
У Джулии были свои ключи, и иногда она заходила туда и сидела в гостиной, поджидая Тома из конторы.
Раза три в неделю они ужинали где-нибудь вместе, танцевали и возвращались на такси к нему.
Эта осень была для Джулии очень счастливой.
Пьеса, которая тогда шла, имела успех.
Джулия чувствовала себя энергичной и молодой.
Роджер должен был приехать к рождеству, но дома он собирался провести всего две недели, а затем поехать в Вену.
Джулия понимала, что он опять завладеет Томом, и решила не расстраиваться по этому поводу.
Юность естественно тяготеет к юности, и нет никаких причин волноваться, если в течение нескольких дней мальчики будут так поглощены друг другом, что Том и думать забудет о ней.