— Хо-хо-хо! — захохотала смуглая Кар.
— Хи-хи-хи! — захихикала подвыпившая молодка, опираясь на руку любящего мужа.
— Ха-ха-ха! — вторила мать смуглой Кар и, поглаживая свои усики, коротко объяснила: — Из огня да в полымя!
А затем эти дети природы, которым даже чрезмерное количество спиртного не причиняло большого вреда, побрели по тропинке, пересекающей луг, и вместе с ними двигались их тени, а головы теней обведены были опаловым кругом — лунным сиянием на сверкающей росе.
Каждый видел только свой ореол, который не покидал его тени, как бы вульгарно она ни раскачивалась из стороны в сторону, — наоборот, тем теснее казался он с ней связанным, украшая ее и преображая; и вот уже спотыкающиеся движения стали неотъемлемой частью сияния, а насыщенное алкоголем дыхание претворилось в туманы ночи — дух темного луга, лунного света, самой природы слился в единую гармонию с духом пьяного веселья.
11
Сначала лошадь скакала легким галопом, а парочка хранила молчание. Тэсс, цепляясь за своего спутника, все еще переживала свой триумф, но у нее уже возникали и опасения.
Она заметила, что ехали они не на той горячей лошади, на которой он иногда ездил, и, хотя ей трудно было держаться в седле, волновалась не по этому поводу.
Она попросила его пустить лошадь шагом, и Алек послушно исполнил ее просьбу.
— Чисто было сделано, не правда ли, милая Тэсс? — спросил он затем.
— Да! — ответила она.
— И я, конечно, должна быть вам очень благодарна.
— А вы благодарны?
Она промолчала.
— Тэсс, почему вам так неприятно, когда я вас целую?
— Я думаю, потому… что я вас не люблю.
— Вы уверены?
— Иногда я сержусь на вас.
— А! Я этого опасался.
— Однако Алек не возражал против такого признания: что угодно — только не холодность.
— Почему, когда я вас рассердил, вы мне об этом не сказали?
— Вы прекрасно знаете почему.
Потому что здесь я чувствую себя зависимой.
— Я не часто обижал вас ухаживанием.
— Иногда обижали.
— Сколько раз?
— Вы знаете не хуже, чем я, — слишком часто.
— Каждый раз, как я старался вам понравиться?
Она ничего не ответила. Довольно долго лошадь шла иноходью, пока наконец их не окутал слабый светящийся туман, поднявшийся из ложбин и оврагов, где он клубился еще на закате.
И в тумане лунный свет казался еще ярче, чем ясной ночью.
По этой ли причине, а может быть, по рассеянности или потому, что у нее глаза слипались, но Тэсс не заметила, что они давно уже миновали то место, где от главной дороги ответвлялась проселочная дорога, ведущая к Трэнтриджу, и что спутник ее не свернул на эту дорогу.
Она невыразимо устала.
Всю неделю она вставала в пять часов утра и целыми днями не присаживалась, сегодня вечером прошла вдобавок три мили пешком до Чэзборо, ждала три часа своих товарок и ничего не ела и не пила, охваченная нетерпением поскорее вернуться домой; потом прошла пешком еще милю и пережила бурное волнение ссоры, а теперь было уже около часу ночи.
Но по-настоящему задремала она только один раз.
И тогда в забытьи на секунду прислонилась к нему.
Д'Эрбервилль вынул ногу из стремени, повернулся в седле и обнял ее за талию, не давая упасть.
Тэсс мгновенно очнулась и, подчиняясь одному из тех порывов бессознательного протеста, которые были ей свойственны, слегка оттолкнула его.
Он с трудом сохранил равновесие и не упал только потому, что лошадь, на которой ехал, была хотя и сильная, но очень смирная.
— Это чертовски несправедливо! — воскликнул он.
— Я ничего дурного не имел в виду, хотел только поддержать вас.
Она недоверчиво обдумывала его слова; наконец, решив, что это походке на правду, смягчилась и сказала смиренно:
— Простите меня, сэр.
— Не прощу, если вы не будете хоть сколько-нибудь мне доверять.
Черт возьми! — не выдержал он. — И долго я буду терпеть, чтобы меня отталкивала какая-то девчонка?
Вот уже скоро три месяца, как вы смеетесь над моими чувствами, избегаете меня, браните. Я этого сносить не намерен.
— Завтра я уйду от вас, сэр.
— Нет, завтра вы от меня не уйдете!
Я еще раз прошу, докажите, что вы доверяете мне, и позвольте обнять вас за талию!
Послушайте, сейчас мы одни.
Друг друга мы знаем хорошо, и вы знаете, что я вас люблю и считаю самой хорошенькой девушкой в мире. Да это так и есть!