Он не особенно доверял этой паре и совсем не был в восторге от их способов вести борьбу, — грубее уж ничего нельзя было придумать, — но они были нужны ему.
— Рад слышать, что дело у вас спорится, Пэт, и у вас, Майк, — сказал он им на прощанье, напутствуя каждого благосклонным кивком.
— Нам сейчас потребуется вся ваша сноровка, и я уверен, что вы заткнете за пояс другие округа.
А мы не забудем ваших стараний, когда придет время расплачиваться с каждым по заслугам.
— Можете на меня положиться, сделаю все, что в моих силах, — прочувствованно заявил мистер Кэриген.
— Что говорить, годик выдался трудный, но нас еще не положили на обе лопатки.
— И на меня тоже, хозяин.
Можете положиться и на меня, — просипел Тирнен.
— Постараюсь, как могу.
— Желаю вам удачи, Майк, — ободряюще проронил Мак-Кенти, мягко опуская руку на его плечо.
— И вам, Кэриген.
Ваши округа имеют решающее значение, и мы помним об этом.
Я всегда считал неправильным, что вы оба до сих пор только члены муниципалитета: наши руководители все как-то не могли столковаться и устроить для вас что-нибудь получше. Ну, теперь это уж не вызовет возражений, если, конечно, мое мнение к тому времени будет чего-нибудь стоить.
— С этими словами мистер Мак-Кенти отпустил своих гостей.
На улице холодный октябрьский ветер гнал по мостовой желтые листья и сухие травинки.
Тирнен и Кэриген молча шагали рядом, направляясь к Ван-Бьюрен-стрит, и ни один не проронил ни слова, пока они не отошли на добрую сотню шагов от дома Мак-Кенти.
— Ишь, как запел, слыхал? — промолвил, наконец, Тирнен, искоса глянув на Кэригена, освещенного зыбким светом газового фонаря.
— Еще бы!
Они всегда щедры на посулы, когда выборы уже на носу.
Медовые речи, ничего не скажешь!
— Да, после того как мы десять лет везем на себе всю грязную работу.
Пора бы уж, кажется.
А вот в июне прошлого года, во время сессии, что-то они не очень много о нас думали.
— Тише, тише, Майки, — мрачно улыбнулся мистер Кэриген.
— Ты просто капризный, избалованный мальчишка.
Я вижу, тебе не терпится ухватить кусочек сладкого пирога?
Ну, твое время еще не приспело. Подожди годика четыре, а то и шесть, бери пример с Пэдди Кэригена и прочих скромников.
— Ну нет, не стану, — проворчал мистер Тирнен.
— Не стану ждать шесть лет.
— И я не стану, — заявил мистер Кэриген.
— Мы с тобой, кажется, знаем одну штуку, которая к будущему году может перевернуть здесь все вверх тормашками.
Так, что ли?
— Верно, черт подери, — с жаром подтвердил мистер Тирнен.
И они разошлись по домам, вполне довольные друг другом.
37. МЩЕНИЕ ЭЙЛИН
Неотразимый Польк Линд, проснувшись как-то утром, решил, что роль чувствительного вздыхателя ему надоела и нужно сегодня же или, на худой конец, завтра сломить сопротивление Эйлин.
После встречи у Ришелье прошло уже немало времени, однако, несмотря на все его старания, ему ни разу не удалось увидеться с Эйлин: она избегала его. Неопределенное чувство страха за будущее заставляло ее со дня на день откладывать встречу.
Она понимала, что стоит у крутого поворота на своем жизненном пути, а судьба неумолимо толкает ее вперед, и была смущена и растеряна.
Каупервуд и сейчас, помимо ее воли, сохранял над ней всю свою былую власть: он рисовался Эйлин колоссом, способным покорить весь мир, и это заставляло ее проводить дни в странной тревоге, смятении и раздумье.
Женщина другого склада, быть может, не стала бы колебаться так долго после всего, что ей пришлось пережить, и особенно теперь, когда выплыла наружу связь Каупервуда с миссис Хэнд.
Но не такова была Эйлин.
В ее ушах все еще звучали прежние страстные клятвы и обещания, и она не в силах была отказаться от своей безумной мечты, ей все еще хотелось верить, что Фрэнк снова станет таким, каким был когда-то, — нежным и любящим.
Но и Польк Линд, хищник, светский авантюрист, покоритель женских сердец, был не из тех мужчин, которые отступают перед препятствиями и, вздыхая, покорно ждут в сторонке.
Силой воли и настойчивостью он не уступал Каупервуду, а с женщинами был еще более беззастенчив и смел.
Из своих бесчисленных любовных приключений он вынес уверенность, что все женщины нерешительны, боязливы, странно противоречивы и непоследовательны в своих поступках, а порой — даже в самых сокровенных своих желаниях.
Чтобы одержать над ними победу, иной раз нужно проявить железное упорство.
Вот почему за Польком Линдом установилась такая худая слава.
Эйлин чутьем разгадала все это еще в тот день, когда собиралась встретиться с ним у Ришелье.
В глубине его темных, ласковых глаз таилось коварство.
Она чувствовала, что он увлекает ее куда-то, по тому пути, где она может потерять свою волю и уступить его внезапному порыву, — и все же в условленный час явилась к Ришелье.