Она метнула на него сердитый взгляд:
– Конечно!
– А как же Оливер Мэндерс?
Эгг нетерпеливо отмахнулась от Оливера и снова заговорила о своем:
– Думаете, я должна написать Чарлзу?
Ничего серьезного – обычная девичья болтовня, чтобы он избавился от своих страхов? – Она нахмурилась. – Какой же дурой я была!
Мама все бы устроила гораздо лучше.
Викторианцы умеют проделывать такие трюки!
Мне казалось, Чарлз нуждается в поощрении.
Скажите, – Эгг внезапно повернулась к мистеру Саттерсвейту, – он видел, как я целовалась с Оливером?
– Не знаю.
А когда это произошло?
– Вчера вечером при луне, когда мы спускались по тропинке.
Я думала, что, если Чарлз увидит меня и Оливера, это… ну, встряхнет его немного.
Ведь я ему нравилась.
– Не было ли это немного жестоко по отношению к Оливеру?
Эгг решительно покачала головой:
– Ничуть.
Оливер считает честью для девушки, если он ее поцелует.
Конечно, это ранит его самолюбие, но я не могла думать обо всем.
Я хотела подстегнуть Чарлза – в последнее время он держался… более отчужденно.
– По-моему, дитя мое, – произнес мистер Саттерсвейт, – вы не вполне понимаете, почему сэр Чарлз уехал так внезапно.
Он думал, что вы влюблены в Оливера, и хотел избавить себя от лишней боли.
Эгг схватила его за плечи и посмотрела ему в глаза:
– Это правда?
Какой же он тупица!
О!.. – Она внезапно отпустила мистера Саттерсвейта и зашагала рядом с ним подпрыгивающей походкой. – Значит, он вернется!
А если нет…
– Что тогда?
Эгг засмеялась:
– Тогда я верну его – вот увидите!
Казалось, если не считать разницу в лексиконе, у Эгг и лилейной девы из Астолата было немало общего, но мистер Саттерсвейт чувствовал, что методы Эгг куда более практичны и смерть от разбитого сердца ей не грозит.
Акт второй Уверенность Глава 1 Сэр Чарлз получает письмо
Мистер Саттерсвейт приехал на денек в Монте-Карло.
Традиционный круг визитов завершился, а Ривьера в сентябре была любимым местом его пребывания.
Он сидел в саду, наслаждаясь солнцем и читая «Дейли мейл» двухдневной давности.
Внезапно его внимание привлекло знакомое имя в заголовке: «КОНЧИНА СЭРА БАРТОЛОМЬЮ СТРЕЙНДЖА».
Он быстро прочитал заметку:
«С прискорбием извещаем о кончине сэра Бартоломью Стрейнджа, видного специалиста-невропатолога.
Сэр Бартоломью принимал друзей в своем доме в Йоркшире.
Он выглядел здоровым, бодрым и пил портвейн, когда внезапно с ним случился удар и смерть наступила прежде, чем успели вызвать врача. Сэр Бартоломью был…»
Газета выскользнула из рук мистера Саттерсвейта.
Он очень расстроился.
Ему представился Стрейндж, каким он видел его в последний раз, – здоровый, веселый, цветущий.
А теперь он мертв… В голове мистера Саттерсвейта мелькали фрагменты заметки.
«Пил портвейн… Внезапно с ним случился удар… Смерть наступила прежде, чем успели вызвать врача…»
Портвейн, а не коктейль, но все остальное странно походило на недавнюю смерть в Корнуолле[14].
Перед мысленным взором мистера Саттерсвейта предстало искаженное судорогой лицо доброго старого священника…
Что, если все-таки…
Подняв взгляд, он увидел сэра Чарлза Картрайта, идущего к нему по траве.