Менее получаса тому назад я встретил сэра Чарлза Картрайта, а теперь вас.
– Сэр Чарлз тоже здесь?
– Занимается парусным спортом.
Вы знаете, что он продал дом в Лумуте?
– Нет.
Меня удивляет.
– А меня не слишком.
Не думаю, что Картрайт из тех людей, которым нравится жить вдали от общества.
– В этом я с вами согласен.
Я удивился по другому поводу.
Мне казалось, у сэра Чарлза имеется особая причина оставаться в Лумуте – и притом очаровательная.
Маленькая мадемуазель, которая так забавно именует себя яйцом. – В его глазах блеснули искорки.
– Так вы это заметили?
– Разумеется.
Мое сердце очень восприимчиво к влюбленным – думаю, ваше тоже.
A la jeunesse[17] всегда трогательна. – Он вздохнул.
– Думаю, вы угадали подлинную причину отъезда сэра Чарлза из Лумута.
Он сбежал, – поделился своей догадкой мистер Саттерсвейт.
– От мадемуазель Эгг?
Но ведь он явно обожает ее.
Тогда к чему бежать?
– Вы не понимаете наших англосаксонских комплексов.
Но Пуаро следовал собственным умозаключениям:
– Конечно, это правильная стратегия.
Когда бежишь от женщины, она тут же следует за тобой.
Сэр Чарлз с его опытом, несомненно, это знает.
Эта мысль позабавила мистера Саттерсвейта.
– Не думаю, что это соответствует действительности, – сказал он. – А что вы делаете здесь?
У вас отпуск?
– Теперь у меня постоянный отпуск.
Я добился успеха, разбогател, удалился на покой и путешествую, чтобы повидать мир.
– Великолепно, – одобрил мистер Саттерсвейт.
– N’est-ce pas?[18]
– Мама, – сказала английская девочка, – чем мне заняться?
– Дорогая, – укоризненно отозвалась мать, – разве плохо поехать за границу и греться на солнышке?
– Да, но здесь совсем нечего делать.
– Побегай, посмотри на море.
– Maman, – потребовала внезапно появившаяся рядом французская девочка, – joue avec moi[19].
Французская мама оторвала взгляд от книги:
– Amuse-toi avec la balle, Marselle[20].
Девочка с мрачным видом послушно начала подбрасывать мяч.
– Je m’amuse[21], – произнес Эркюль Пуаро с очень странным выражением лица и добавил, словно прочитав ответ на лице мистера Саттерсвейта: – Да-да, вы все схватываете на лету.
Это именно то, о чем вы подумали.
Он помолчал минуту-две.
– В детстве я был беден.
Семья была большая, и нам приходилось самим искать себе место под солнцем.
Я поступил в полицию, усердно работал, начал делать карьеру и приобретать международную репутацию.
Наконец ушел в отставку.
Потом началась война, я был ранен и прибыл в Англию жалким и усталым беженцем.
Одна добрая леди оказала мне гостеприимство.