Сэр Чарлз и мистер Саттерсвейт вышли из комнаты обескураженными.
Их детективное рвение значительно остыло.
В книгах все складывается значительно проще.
Затем они побеседовали с младшей прислугой, трепетавшей перед миссис Леки и Битрис Черч, но не узнали ничего нового.
– Ну, Саттерсвейт, – спросил сэр Чарлз, когда они шли через парк (мистер Саттерсвейт велел шоферу подобрать их у сторожки), – вам что-либо показалось необычным?
Мистер Саттерсвейт задумался.
Он не спешил с ответом, не желая признаться, что вся экспедиция оказалась пустой тратой времени, и перебирал в уме показания слуг, но информация была крайне скудной.
Как недавно подытожил сэр Чарлз, мисс Уиллс вынюхивала, мисс Сатклифф очень расстроилась, миссис Дейкрс не расстроилась вовсе, а капитан Дейкрс напился.
Последнее могло указывать на желание заглушить угрызения совести, но мистер Саттерсвейт знал, что Фредди Дейкрс напивался достаточно часто.
– Ну? – поторопил его сэр Чарлз.
– Ничего, – неохотно признался мистер Саттерсвейт. – Разве только мы вправе заключить, благодаря вырезке, что Эллис страдал мозолями.
Сэр Чарлз криво усмехнулся:
– Логичный вывод.
Но куда он нас приведет?
Мистер Саттерсвейт был вынужден признать, что никуда.
– Есть еще кое-что… – начал он и тут же умолк.
– Да?
Продолжайте, дружище!
Мы не должны ничего упускать из виду.
– Мне показалось немного странным то, как, по словам служанки, сэр Бартоломью болтал с дворецким.
Это кажется абсолютно нехарактерным для него.
– Безусловно! – с энтузиазмом согласился сэр Чарлз. – Я знал Толли лучше, чем вы, и могу подтвердить, что он не был склонен к шуткам с прислугой.
Толли никогда не стал бы так себя вести, если только не был по какой-то причине сильно возбужден.
Вы правы, Саттерсвейт, это важно.
Но опять же, куда это нас приводит?
– Ну… – Мистер Саттерсвейт не договорил, так как вопрос сэра Чарлза был стопроцентно риторическим.
Ему хотелось не услышать мнение мистера Саттерсвейта, а изложить собственное.
– Помните, когда произошел этот инцидент?
Сразу же после того, как Эллис передал ему сообщение, полученное по телефону.
Думаю, мы можем сделать вывод, что это сообщение и стало причиной необычной веселости Толли.
Если помните, я спросил служанку, что это было за сообщение.
Мистер Саттерсвейт кивнул.
– Просили передать, что некая миссис де Рашбриджер прибыла в санаторий, – напомнил он, демонстрируя, что тоже уделил внимание этому моменту. – Звучит не особенно возбуждающе.
– Пожалуй.
Но если наши рассуждения правильны, в этом сообщении должен быть какой-то скрытый смысл.
– Да-а, – с сомнением протянул мистер Саттерсвейт.
– Мы должны узнать его, – продолжил сэр Чарлз. – Мне пришло в голову, что это могло быть кодированное сообщение – звучащее абсолютно безобидно, но в действительности означающее нечто совсем другое.
Если Толли занялся расследованием смерти Бэббингтона, сообщение могло быть связано с этим.
Допустим, он нанял частного детектива, чтобы выяснить какой-то факт.
Толли мог сказать ему, что, если его подозрения оправдаются, он должен позвонить и произнести эту фразу, чтобы снявший трубку не мог понять, о чем идет речь.
Это объяснило бы его возбуждение и то, что он переспросил Эллиса, уверен ли тот, что правильно расслышал фамилию, – ведь Толли отлично знал, что такой женщины не существует.
Внезапная неуравновешенность может быть вызвана сообщением об успехе какого-то предприятия.
– Значит, вы считаете, что никакой миссис де Рашбриджер не существует в природе?
– Ну, я думаю, мы должны точно это выяснить.
– Каким образом?
– Мы могли бы сразу же отправиться в санаторий и расспросить старшую сестру.
– Ей это может показаться довольно странным.
Сэр Чарлз засмеялся:
– Предоставьте это мне.
Они свернули с подъездной аллеи и двинулись в направлении санатория.