Подождав минуты три, Эгг перешла дорогу и вошла в подъезд.
Когда она нажала кнопку звонка квартиры номер 3, Дейкрс сам открыл дверь.
Он еще не успел снять пальто.
– Здравствуйте, – произнесла Эгг. – Вы помните меня?
Мы встречались в Корнуолле, а затем в Йоркшире.
– Конечно, помню.
В обоих случаях встречу сопровождала смерть, верно?
Входите, мисс Литтон-Гор.
– Я хотела повидать вашу жену.
Она дома?
– Синтия в своем ателье на Брук-стрит.
– Знаю.
Я была там сегодня, но подумала, что она уже вернулась и не будет возражать против моего прихода. Простите, если я вас побеспокоила…
Эгг сделала паузу.
«Хорошенькая девчонка!» – подумал Фредди Дейкрс.
– Синтия возвращается в седьмом часу, а я только что вернулся из Ньюбери[47].
День выдался паршивый, и я уехал рано.
Может, сходим в клуб «72» и выпьем по коктейлю?
Эгг согласилась, хотя подозревала, что Дейкрс уже принял достаточную дозу алкоголя.
– Неплохо, – одобрила она, сидя в полумраке клуба «72» и потягивая мартини. – Я никогда не бывала здесь раньше.
Фредди Дейкрс снисходительно улыбнулся.
Ему нравились молодые и хорошенькие девушки – не так сильно, как кое-что другое, но все же…
– Скверная история вышла тогда в Йоркшире, – заметил он. – Странно, что отравили доктора.
Обычно бывает наоборот – доктора отравляют других. – Дейкрс захохотал над собственной остротой и заказал еще одну порцию розового джина.
– Интересная мысль, – похвалила Эгг. – Мне это никогда в голову не приходило.
– Всего лишь шутка, – поправил ее Фредди Дейкрс.
– Странно, что при каждой нашей встрече кто-нибудь умирает, – заметила Эгг.
– Действительно странно, – согласился Дейкрс. – Вы имеете в виду старого священника… как бишь его… в доме у этого, актера?
– Да.
Странно, что он умер так внезапно.
– Чертовски неприятно, – кивнул Дейкрс. – Когда рядом с тобой люди мрут как мухи, невольно думаешь, что следующая очередь – твоя. От этого мурашки по коже бегают.
– Вы ведь знали сэра мистера Бэббингтона раньше в Джиллинге, не так ли?
– Понятия не имею, что это за место.
Нет, до того вечера я и в глаза старика не видел.
Забавно, что он окочурился точь-в-точь как Стрейндж.
Может, его тоже отравили, а?
– Вы так думаете?
Дейкрс покачал головой:
– Пасторов никто не убивает.
Другое дело – докторов.
– Пожалуй, – согласилась Эгг.
– Врачи всюду суют свой нос. – Он наклонился вперед.
Язык у него начал слегка заплетаться. – Не оставляют человека в покое. Этого нельзя допускать.
– Я не вполне понимаю, что вы имеете в виду.
– Девочка моя, я же вам объясняю!
Они могут запереть человека, отобрать у него то, без чего он никак не может, и не давать, сколько бы он их ни умолял.
Им плевать, какие адские муки терпит их клиент. Вот что такое врачи – уж я-то знаю! – Его лицо судорожно подергивалось, а глаза с крошечными зрачками смотрели мимо Эгг. – Это сущий ад, говорю вам!
А они называют это лечением – притворяются, будто делают благородное дело!
Свиньи!
– Разве сэр Бартоломью Стрейндж… – осторожно начала Эгг.