– По крайней мере, – заметил сэр Чарлз, – мы, кажется, выясним эту часть тайны.
– Что именно, как вы думаете? – полюбопытствовала Эгг.
– Представления не имею.
Но это не может пролить свет на смерть Бэббингтона.
Если Толли собрал этих людей вместе с какой-то целью – а мне кажется, это так, – значит, «сюрприз», о котором он упоминал, связан с этой Рашбриджер.
Не так ли, мсье Пуаро?
Пуаро озадаченно покачал головой.
– Телеграмма осложняет дело, – пробормотал он. – Но нам надо спешить – очень спешить.
Мистер Саттерсвейт не видел причин для особой спешки, но вежливо согласился:
– Разумеется, мы отправимся туда первым утренним поездом.
Э-э… но так ли необходимо ехать нам всем?
– Сэр Чарлз и я договорились ехать в Джиллинг, – заявила Эгг.
– Мы можем это отложить, – сказал сэр Чарлз.
– Не думаю, что мы должны что-то откладывать, – возразила Эгг. – Конечно, незачем всем четверым тащиться в Йоркшир.
Это нелепо.
Пускай туда едут мсье Пуаро и мистер Саттерсвейт, а сэр Чарлз и я отправимся в Джиллинг.
– Я бы предпочел заняться этой Рашбриджер, – промолвил сэр Чарлз. – Ведь я уже беседовал со старшей сестрой, и меня там знают…
– Именно поэтому вам следует держаться подальше от санатория, – настаивала Эгг. – Вы наговорили кучу лжи, а теперь миссис де Рашбриджер пришла в себя и разоблачит вас как законченного враля.
Куда важнее, чтобы вы поехали в Джиллинг.
Если мы повидаем мать мисс Милрей, она будет более откровенной с вами, чем с кем бы то ни было.
Вы ведь босс ее дочери, и она вам доверится.
Сэр Чарлз устремил взгляд на серьезное лицо Эгг.
– Пожалуй, вы правы, – кивнул он. – Поеду в Джиллинг.
– Я и сама знаю, что права, – заметила Эгг.
– По-моему, решение превосходное, – вмешался Пуаро. – Как говорит мадемуазель, сэр Чарлз лучше всех подходит для интервью с миссис Милрей.
Возможно, она сообщит вам куда более важные сведения, чем те, которые мы получим в Йоркшире.
Следующим утром без четверти десять сэр Чарлз заехал за Эгг на своей машине, а Пуаро и мистер Саттерсвейт уже выехали в Йоркшир поездом.
Стояла прекрасная погода – в воздухе ощущался лишь намек на легкий морозец.
Эгг чувствовала прилив бодрости, когда сэр Чарлз с присущим ему опытом вел автомобиль по лабиринту улочек на южном берегу Темзы.
Наконец они выбрались на Фолкстоунское шоссе.
Миновав Мейдстоун[57], сэр Чарлз сверился с картой и свернул на сельскую дорогу.
Без четверти двенадцать они добрались до места назначения.
Джиллинг выглядел забытой богом деревушкой с церковью, домом викария, двумя-тремя лавками, рядом коттеджей, тремя или четырьмя новыми муниципальными домами и симпатичной лужайкой.
Мать мисс Милрей жила в крошечном домике возле церкви.
Когда автомобиль затормозил, Эгг спросила:
– Мисс Милрей знает, что вы собираетесь посетить ее мать?
– Да.
Она даже написала старой леди, чтобы подготовить ее.
– Думаете, это было разумно?
– А почему нет, дитя мое?
– Ну не знаю… Вы ведь не взяли ее с собой.
– Я боялся, что мисс Милрей будет меня стеснять.
Она куда более толковая, чем я, и, чего доброго, начнет мной руководить.
Эгг засмеялась.
Миссис Милрей оказалась абсолютно не похожей на свою суровую и костлявую дочь.
Это была добродушная пухлая леди, прикованная к креслу, которое стояло у окна, позволяя наблюдать за происходящим во внешнем мире.
Она выглядела обрадованной прибытием визитеров.
– Это очень любезно с вашей стороны, сэр Чарлз.
Я столько слышала о вас от моей Вайолет. – Имя казалось наименее подходящим для мисс Милрей[58]. – Вы не поверите, как она вами восхищается!
Ей так интересно с вами работать.