К шести вечера удалось разыскать мальчика, который принес на почту телеграмму.
По его словам, ему передал ее плохо одетый мужчина, который сказал, что телеграмму дала ему «чокнутая леди» из «дома в парке».
Она завернула в нее две полукроны и бросила в окно.
Мужчина боялся впутаться в какое-то темное дело, и почта была ему не по пути, поэтому он дал мальчику одну полукрону и сказал, чтобы сдачу тот оставил себе.
Полиция начала разыскивать мужчину, а Пуаро и мистер Саттерсвейт отправились назад в Лондон.
Они прибыли в город около полуночи.
Эгг вернулась к матери, но сэр Чарлз встретил их, и трое мужчин обсудили ситуацию.
– Послушайте меня, mon ami[62], – обратился к сэру Чарлзу Пуаро. – Это дело могут раскрыть только маленькие серые клеточки мозга.
Ехать через всю Англию в надежде услышать от этой женщины то, что мы хотим знать, было любительской и абсурдной затеей.
Правду можно увидеть только изнутри.
Лицо Картрайта выражало скептицизм.
– Тогда что вы намерены делать?
– Думать.
Прошу у вас на это ровно сутки.
Сэр Чарлз улыбнулся и покачал головой.
– Это поможет вам узнать то, что хотела рассказать та женщина?
– Надеюсь.
– Что-то не верится.
В любом случае, мсье Пуаро, действуйте по своему усмотрению.
Если вы можете раскрыть эту тайну, то мне она не по зубам.
Признаю себя побежденным.
К тому же у меня есть другие занятия.
Если он ожидал вопроса, то был разочарован.
Правда, мистер Саттерсвейт слегка встрепенулся, но Пуаро оставался погруженным в свои мысли.
– Ну, мне пора идти, – сообщил актер. – Да, совсем забыл… Меня беспокоит мисс Уиллс.
– Почему?
– Она уехала.
Пуаро уставился на него:
– Уехала?
Куда?
– Никто не знает… Получив вашу телеграмму, я задумался.
Как я уже говорил вам, я чувствовал уверенность, что эта женщина что-то скрывает, и решил попробовать в последний раз вытянуть это из нее.
Я поехал к ней в Тутинг – прибыл туда около половины десятого, – но мне сообщили, что она утром уехала, сказав, что проведет день в Лондоне.
Вечером прислуга получила от нее телеграмму, в которой мисс Уиллс сообщила, что сегодня не вернется, и просила не беспокоиться.
– А прислуга беспокоилась?
– Очевидно.
Понимаете, она не взяла никакого багажа.
– Странно, – пробормотал Пуаро.
– В самом деле.
Похоже на то… Не знаю, но мне не по себе.
– Я предупреждал ее и всех остальных, – напомнил Пуаро. – Я говорил им, что хранить молчание опасно.
– Да-да.
Вы думаете, она тоже…
– У меня есть кое-какие идеи, но в данный момент я предпочитаю их не обсуждать.
– Сначала дворецкий Эллис, потом мисс Уиллс… Где Эллис?
Просто невероятно, что полиция до сих пор не смогла разыскать его.
– Они не искали его тело в нужном месте, – заметил Пуаро.
– Значит, вы согласны с Эгг?
Вы думаете, что он мертв?
– Эллиса больше никогда не увидят живым.