Стоя под навесом, скрывавшим в тени ее лицо, Мэри изучающе разглядывала Джема.
Теперь он не куражился, и сходство с Джоссом исчезло.
Ей вдруг очень захотелось, чтобы он не был Мерлином.
– Я приехала к тете Пейшнс, – объяснила она. – Моя мама умерла несколько недель назад. Других родственников у меня нет. Скажу вам одно, мистер Мерлин: я рада, что моя матушка не видит свою сестру.
– Да уж, верно, жизнь с Джоссом – не сахар, – согласился Джем. – У него дьявольский характер, и пьет он, как лошадь.
Сколько его помню, всегда был таким. Он здорово меня колотил, когда я был маленьким, да и сейчас не прочь, если бы посмел. И зачем Пейшнс вышла за него?
– Наверно, из-за ясных глаз, – сказала Мэри презрительно. – Тетя Пейшнс всегда считалась у нас в Хелфорде вроде мотылька.
Она отвергла предложение одного достойного фермера и уехала в город. Там они повстречались с вашим братом.
Что ни говори, это был самый неудачный день в ее жизни.
– Значит, ты невысокого мнения о хозяине? – спросил Джем насмешливо.
– Невысокого, – ответила она. – Он грубиян, деспот и много чего еще.
Он превратил тетушку из веселой, цветущей женщины в несчастную загнанную клячу, и я никогда этого ему не прощу.
Джем засвистел и похлопал лошадь по спине.
– Мы, Мерлины, никогда не щадили своих женщин, – сказал он. – Помню, отец избивал мать до полусмерти.
Однако она его не бросила и была верна ему до конца.
Когда его повесили в Эксетере, она три месяца ни с кем не разговаривала, от потрясения и горя поседела.
Бабушки своей я не помню, но, как рассказывают, когда солдаты пришли забирать деда, она бок о бок с ним отбивалась от них и даже одному до кости прокусила руку.
За что она любила деда, не могу сказать; после ареста он даже не поинтересовался ее судьбой и оставил свои сбережения другой женщине, что жила на противоположном берегу Теймара.
Мэри молчала.
Равнодушный голос Джема ужасал ее.
В его тоне не было ни стыда, ни сожаления, и она подумала, что он, как и остальные члены семейства, от рождения лишен всякого сострадания.
– Сколько времени ты собираешься пробыть в "Ямайке"? – отрывисто спросил он. – Что делать здесь такой девушке, как ты?
Для тебя тут неподходящая компания.
– Ничего не поделаешь, – ответила Мэри. – Я не уеду, пока не смогу взять тетю с собой.
Ни за что не оставлю ее одну после всего, что увидела.
Джем нагнулся, чтобы очистить грязь с подковы лошади.
– Что же ты узнала за столь короткое время? – удивился он. – Место, кажется, довольно благополучное.
Провести Мэри, однако, было нелегко.
Она догадалась, что дядя подбил брата на разговор, надеясь таким образом выудить что-то полезное для себя.
Но Мэри была не настолько глупа и, пожав плечами, пропустила вопрос мимо ушей.
– Как-то субботним вечером я помогала дяде в баре, – сказала она, – и у меня сложилось не очень-то высокое мнение о тех, с кем он водится.
– Еще бы! – откликнулся Джем. – Парней, что приходят в "Ямайку", никто не обучал хорошим манерам.
Слишком долго сидели они по тюрьмам.
Интересно, что они подумали о тебе?
Небось то же, что и я, и теперь славят тебя по всей округе.
А в следующий раз Джосс решит сыграть на тебя в кости, и, коль проиграет, ты и оглянуться не успеешь, как какой-нибудь чумазый браконьер с той стороны Ист-Тора посадит тебя на лошадь позади себя и увезет.
– Ну уж это вряд ли. Чтоб я села на лошадь позади кого-то! Меня сначала надо привести в бессознательное состояние.
– В сознательном или бессознательном состоянии женщина – им это все равно, – заметил Джем. – Браконьеры из Бодминской пустоши не очень-то чувствуют разницу. – Тут он рассмеялся и опять стал похож на брата.
– А чем вы зарабатываете на жизнь? – полюбопытствовала Мэри. Она отметила про себя, что говорит он более грамотно, чем брат.
– Я конокрад, – подчеркнуто любезно ответил он, – но на этом много не заработаешь.
У меня в кармане всегда пусто.
А тебе здесь лучше бы ездить на лошади.
У меня как раз есть небольшая лошадка, которая тебе отлично подойдет.
Она сейчас в Треворте.
Может быть, поедешь со мной взглянуть на нее?
– А вы не боитесь, что вас поймают? – поинтересовалась Мэри.
– Ну, кражу лошади довольно трудно доказать, – сообщил он. – Предположим, лошадь убежала из загона и хозяин ищет ее.
Но ты ведь сама видела: на этих пустошах полно диких лошадей и всякого скота.
Не так-то легко хозяину отыскать среди других свою лошадь.
Скажем, у нее длинная грива, одна нога белого цвета, а на ухе – затейливое клеймо. Такую лошадь найти легко, верно?