— Да, конечно, надо. Но как, как это сделать? — вскричала королева.
— Надо послать кого-нибудь к герцогу?
— Но кого? Кого?
Кому можно довериться?
— Положитесь на меня, ваше величество. Окажите мне эту честь, моя королева, и я найду гонца!
— Но придется написать!
— Это необходимо.
Хоть два слова, начертанные рукою вашего величества, и ваша личная печать.
— Но эти два слова — это мой приговор, развод, ссылка…
— Да, если они попадут в руки негодяя.
Но я ручаюсь, что эти строки будут переданы по назначению.
— О господи!
Мне приходится вверить вам мою жизнь, честь, мое доброе имя!
— Да, сударыня, придется. И я спасу вас.
— Но как?
Объясните мне, по крайней мере!
— Моего мужа дня два или три назад освободили.
Я еще не успела повидаться с ним.
Это простой, добрый человек, одинаково чуждый и ненависти и любви.
Он сделает все, что я захочу.
Он отправится в путь, не зная, что он везет, и он передаст письмо вашего величества, не зная, что оно от вашего величества, по адресу, который будет ему указан.
Королева в горячем порыве сжала обе руки молодой женщины, глядя на нее так, словно желала прочесть все таившееся в глубине ее сердца. Но, видя в ее прекрасных глазах только искренность, она нежно поцеловала ее.
— Сделай это, — воскликнула она, — и ты спасешь мою жизнь, спасешь мою честь!
— О, не преувеличивайте услуги, которую я имею счастье оказать вам!
Мне нечего спасать: ведь ваше величество — просто жертва гнусных происков.
— Это правда, дитя мое, — проговорила королева. — И ты не ошибаешься.
— Так дайте мне письмо, ваше величество. Время не терпит.
Королева подбежала к маленькому столику, на котором находились чернила, бумага и перья; она набросала две строчки, запечатала письмо своей печатью и протянула его г-же Бонасье.
— Да, — сказала королева, — но мы забыли об одной очень важной вещи.
— О какой?
— О деньгах.
Г-жа Бонасье покраснела.
— Да, правда, — проговорила она. — И я должна признаться, что мой муж…
— У твоего мужа денег нет?
Ты это хотела сказать?
— Нет, деньги у него есть. Он очень скуп — это его главный порок.
Но пусть ваше величество не беспокоится, мы придумаем способ…
— Дело в том, что и у меня нет денег, — промолвила королева. (Тех, кто прочтет мемуары г-жи де Моттвиль, не удивит этот ответ.) — Но погоди…
Анна Австрийская подошла к своей шкатулке.
— Возьми этот перстень, — сказала она. — Говорят, что он стоит очень дорого.
Мне подарил его мой брат, испанский король.
Он принадлежит лично мне, и я могу располагать им.
Возьми это кольцо, обрати его в деньги, и пусть твой муж едет.
— Через час ваше желание будет исполнено.
— Ты видишь адрес, — прошептала королева так тихо, что с трудом можно было разобрать слова, —
«Милорду герцогу Бекингэму, Лондон».
— Письмо будет передано ему в руки.
— Великодушное дитя! — воскликнула королева.
Г-жа Бонасье поцеловала королеве руку, спрятала письмо за корсаж и унеслась, легкая как птица.
Десять минут спустя она уже была дома.