Я так был счастлив снова увидеться с ней!
Я не мог предположить, что она рискует своей свободой ради меня, но, с другой стороны, какая причина могла заставить ее вернуться в Париж?
— Та самая причина, по которой мы сегодня уезжаем в Англию.
— Какая же это причина? — спросил Арамис.
— Когда-нибудь, Арамис, она станет вам известна. Но пока я воздержусь от лишних слов, памятуя о племяннице богослова .
Арамис улыбнулся, вспомнив сказку, рассказанную им когда-то друзьям.
— Ну что ж, раз она уехала из Парижа и вы в этом уверены, ничто меня больше здесь не удерживает, и я готов отправиться с вами.
Вы сказали, что мы отправляемся…
— …прежде всего к Атосу, и если вы собираетесь идти со мной, то советую поспешить, так как мы потеряли очень много времени.
Да, кстати, предупредите Базена.
— Базен едет с нами?
— Возможно.
Во всяком случае, будет полезно, чтобы он также пришел к Атосу.
Арамис позвал Базена и приказал ему прийти вслед за ними к Атосу.
— Итак, идем, — сказал Арамис, беря плащ, шпагу и засунув за пояс свои три пистолета. В поисках какой-нибудь случайно затерявшейся монеты он выдвинул и задвинул несколько ящиков.
Убедившись, что поиски его напрасны, он направился к выходу вслед за д'Артаньяном, мысленно задавая себе вопрос, откуда молодой гвардеец мог знать, кто была женщина, пользовавшаяся его гостеприимством, и знать лучше его самого, куда эта женщина скрылась.
Уже на пороге Арамис положил руку на плечо д'Артаньяну.
— Вы никому не говорили об этой женщине? — спросил он.
— Никому на свете.
— Не исключая Атоса и Портоса?
— Ни единого словечка.
— Слава богу!
И, успокоившись на этот счет, Арамис продолжал путь вместе с д'Артаньяном. Вскоре оба они достигли дома, где жил Атос.
Когда они вошли, Атос держал в одной руке разрешение на отпуск, в другой — письмо г-на де Тревиля.
— Не объясните ли вы, что означает этот отпуск и это письмо, которое я только что получил? — спросил он с удивлением.
«Любезный мой Атос, я согласен, раз этого настоятельно требует ваше здоровье, предоставить вам отдых на две недели.
Можете ехать на воды в Форж или на любые другие, по вашему усмотрению. Поскорее поправляйтесь.
Благосклонный к вам
Тревиль».
— Это письмо и этот отпуск, Атос, означают, что вам надлежит следовать за мной.
— На воды в Форж?
— Туда или в иное место.
— Для службы королю?
— Королю и королеве.
Разве мы не слуги их величеств?
Как раз в эту минуту появился Портос. — Тысяча чертей! — воскликнул он, входя.
— С каких это пор мушкетерам предоставляется отпуск, о котором они не просили?
— С тех пор, как у них есть друзья, которые делают это за них.
— Ага… — протянул Портос. — Здесь, по-видимому, есть какие-то новости.
— Да, мы уезжаем, — ответил Арамис.
— В какие края? — спросил Портос.
— Право, не знаю хорошенько, — ответил Атос.
— Спроси у д'Артаньяна.
— Мы отправляемся в Лондон, господа, — сказал д'Артаньян.
— В Лондон! — воскликнул Портос. — А что же мы будем делать в Лондоне?
— Вот этого я не имею права сказать, господа. Вам придется довериться мне.
— Но для путешествия в Лондон нужны деньги, — заметил Портос, — а у меня их нет.
— У меня тоже.
— И у меня.
— У меня они есть, — сказал д'Артаньян, вытаскивая из кармана свой клад и бросая его на стол.