Ему удалось бежать!
– Врёшь, верблюд! – сказал кучер.
– Гимнаст Тибул жив! – закричали цветочницы в восторге.
Мальчишка стянул розу и бросился бежать.
Капли с мокрого цветка посыпались на доктора.
Доктор вытер с лица капли, горькие, как слезы, и подошёл ближе, чтобы послушать, что скажет нищий.
Тут разговору помешало некоторое обстоятельство.
На улице появилась необыкновенная процессия.
Впереди ехали два всадника с факелами. Факелы развевались, как огненные бороды.
Затем медленно двигалась чёрная карета с гербом.
А позади шли плотники.
Их было сто.
Они шли с засученными рукавами, готовые к работе, – в фартуках, с пилами, рубанками и ящиками под мышкой.
По обе стороны процессии ехали гвардейцы.
Они сдерживали лошадей, которым хотелось скакать.
– Что это?
Что это? – заволновались прохожие.
В чёрной карете с гербом сидел чиновник Совета Трёх Толстяков.
Цветочницы перепугались.
Подняв ладони к щекам, они смотрели на его голову.
Она была видна через стеклянную дверцу.
Улица была ярко освещена.
Чёрная голова в парике покачивалась, как мёртвая.
Казалось, что в карете сидит птица.
– Сторонись! – кричали гвардейцы.
– Куда идут плотники? – спросила маленькая цветочница старшего гвардейца.
И гвардеец прокричал ей в самое лицо так свирепо, что у неё раздулись волосы, точно на сквозняке: – Плотники идут строить плахи! Поняла? Плотники построят десять плах!
– А!
Цветочница уронила миску.
Розы вылились, как компот.
– Они идут строить плахи! – повторил доктор Гаспар в ужасе.
– Плахи! – прокричал гвардеец, оборачиваясь и скаля зубы под усами, похожими на сапоги. – Плахи всем мятежникам!
Всем отрубят головы!
Всем, кто осмелится восстать против власти Трёх Толстяков!
У доктора закружилась голова.
Ему показалось, что он упадёт в обморок.
«Я слишком много пережил за этот день, – сказал он про себя, – и, кроме того, я очень голоден и очень устал.
Нужно поторопиться домой».
В самом деле, доктору пора было отдохнуть.
Он так был взволнован всем происшедшим, увиденным и услышанным, что даже не придавал значения собственному полёту вместе с башней, отсутствию шляпы, плаща, трости и каблуков.
Хуже всего было, конечно, без очков.
Он нанял экипаж и отправился домой.
Глава 3
ПЛОЩАДЬ ЗВЕЗДЫ
Доктор возвращался домой. Он ехал по широчайшим асфальтовым улицам, которые были освещены ярче, чем залы, и цепь фонарей бежала над ним высоко в небе.
Фонари походили на шары, наполненные ослепительным кипящим молоком.
Вокруг фонарей сыпалась, пела и гибла мошкара.
Он ехал по набережным, вдоль каменных оград. Там бронзовые львы держали в лапах щиты и высовывали длинные языки.
Внизу медленно и густо шла вода, чёрная и блестящая, как смола.
Город опрокидывался в воду, тонул, уплывал и не мог уплыть, только растворялся нежными золотистыми пятнами.