Эрих Мария Ремарк Во весь экран Три товарища (1936)

Приостановить аудио

Лицо Жаффе стало землистым.

– Старая ведьма! – сказал он. – Вот уж двадцать лет, как я собираюсь ее выставить.

Но очень хорошо работает. – Затем он повернулся ко мне. – Итак?

– Мы уедем сегодня вечером, – сказал я.

– Сегодня?

– Да.

Уж если надо, то лучше сегодня, чем завтра.

Я отвезу ее.

Смогу отлучиться на несколько дней.

Он кивнул и пожал мне руку.

Я ушел.

Путь до двери показался мне очень долгим.

На улице я остановился и заметил, что все еще держу письма в руке.

Дождь барабанил по конвертам.

Я вытер их и сунул в боковой карман.

Потом посмотрел вокруг.

К дому подкатил автобус.

Он был переполнен, и из него высыпала толпа пассажиров.

Несколько девушек в черных блестящих дождевиках шутили с кондуктором.

Он был молод, белые зубы ярко выделялись на смуглом лице.

«Ведь так нельзя, – подумал я, – это невозможно!

Столько жизни вокруг, а Пат должна умереть!»

Кондуктор дал звонок, и автобус тронулся.

Из-под колес взметнулись снопы брызг и обрушились на тротуар.

Я пошел дальше. Надо было предупредить Кестера и достать билеты. * * *

К двенадцати часам дня я пришел домой и успел сделать все, отправил даже телеграмму в санаторий.

– Пат, – сказал я, еще стоя в дверях, – ты успеешь уложить вещи до вечера?

– Я должна уехать?

– Да, – сказал я, – да, Пат.

– Одна?

– Нет.

Мы поедем вместе.

Я отвезу тебя.

Ее лицо слегка порозовело.

– Когда же я должна быть готова? – спросила она.

– Поезд уходит в десять вечера.

– А теперь ты опять уйдешь?

– Нет.

Останусь с тобой до отъезда.

Она глубоко вздохнула.

– Тогда все просто, Робби, – сказала она. – Начнем сразу?

– У нас еще есть время.

– Я хочу начать сейчас.

Тогда все скоро будет готово.

– Хорошо.

За полчаса я упаковал несколько вещей, которые хотел взять с собой.

Потом я зашел к фрау Залевски и сообщил ей о нашем отъезде.

Я договорился, что с первого ноября или даже раньше она может сдать комнату Пат.

Хозяйка собралась было завести долгий разговор, но я тут же вышел из комнаты.

Пат стояла на коленях перед чемоданом-гардеробом, вокруг висели ее платья, на кровати лежало белье. Она укладывала обувь.