Его крупное смуглое лицо таило большую нежность.
Скрипач попытался было пригласить испанку.
Она только покачала головой и ушла на площадку с русским.
Скрипач сломал сигарету и раскрошил ее длинными костлявыми пальцами.
Внезапно мне стало жаль его.
Я предложил ему сигарету.
Он отказался.
– Мне нужно беречься, – сказал он отрывисто.
Я кивнул.
– А вон тот, – продолжал он, хихикая, и показал на русского, – курит каждый день по пятьдесят штук.
– Ну что ж, один поступает так, а другой иначе, – заметил я.
– Пусть она теперь не хочет танцевать со мной, но все равно она еще мне достанется.
– Кто?
– Рита.
Он придвинулся ближе:
– Мы с ней дружили.
Мы играли вместе.
Потом явился этот русский и увлек ее своими разглагольствованиями.
Но она опять мне достанется.
– Для этого вам придется очень постараться, – сказал я.
Этот человек мне не нравился.
Он разразился блеющим смехом:
– Постараться? Эх вы, невинный херувимчик!
Мне нужно только ждать.
– Ну и ждите.
– Пятьдесят сигарет, – прошептал он. – Ежедневно.
Вчера я видел его рентгеновский снимок.
Каверна на каверне.
Можно сказать, что уже готов. – Он опять засмеялся. – Сперва у нас с ним все было одинаково.
Можно было перепутать наши рентгеновские снимки.
Но видали бы вы, какая разница теперь.
Я уже прибавил в весе два фунта.
Нет, милейший. Мне нужно только ждать и беречься.
Я уже радуюсь предстоящему снимку.
Сестра каждый раз показывает мне.
Теперь только ждать.
Когда его не будет, наступит моя очередь.
– Что ж, это тоже средство, – сказал я.
– Тоже средство? – переспросил он. – Это единственное средство, сосунок вы этакий!
Если бы я попытался стать ему на пути, я потерял бы все шансы на будущее.
Нет, мой милый новичок, мне нужно дружелюбно и спокойно ждать.
Воздух становился густым и тяжелым.
Пат закашлялась.
Я заметил, как при этом она испуганно на меня посмотрела, и сделал вид, будто ничего не слышал.
Старуха, увешанная жемчугами, сидела тихо, погруженная в себя.
Время от времени она взрывалась резким хохотом. Потом опять становилась спокойной и неподвижной.
Дама с лицом скелета переругивалась со своим альфонсом.
Русский курил одну сигарету за другой.
Скрипач давал ему прикуривать.
Какая-то девушка внезапно судорожно захлебнулась, поднесла ко рту носовой платок, потом заглянула в него и побледнела.