На второй раз Джордж пришел прямо-таки в бешенство.
- Зачем тебе, черт возьми, понадобились посреди ночи брюки? - с негодованием воскликнул он.
- Чего ты не спишь?
Проснувшись в следующий раз, я увидел, что Гаррис не может найти свои носки. Последнее, что я смутно помню, это ощущение, что меня перекатывают с боку на бок, и бормотание Гарриса, который не мог понять, куда запропастился его зонтик.
ГЛАВА ПЯТНАДЦАТАЯ
Хозяйственные обязанности. Любовь к работе. Старый гребец, его дела и рассказы. Скептицизм молодого поколения. Первые воспоминания о поездках на лодке. Управление плотом. Стильная гребля Джорджа. Старый лодочник и его метода. Неторопливость и спокойствие. Новичок. Плаванье с шестом. Печальное происшествие. Радости дружбы. Мой первый опыт с парусом. Почему мы не утонули.
Утром мы проснулись поздно и по настоятельному требованию Гарриса удовольствовались незатейливым завтраком, "без деликатесов".
Потом мы вымыли посуду и все убрали по местам (эта ежедневная работа как будто помогает мне разрешить вопрос, который часто ставил меня в тупик: каким образом женщина, имеющая на руках всего одну квартиру, ухитряется убить время?). В десять часов мы пустились в дорогу, решив пройти за день как можно больше.
Мы сговорились идти с утра на веслах, вместо того чтобы тянуть бечеву. Гаррис высказал мнение, что лучше всего будет, если я и Джордж станем грести, а он - править рулем.
Я сказал, что Гаррис проявил бы больше благоразумия, если бы взялся вместе с Джорджем поработать, а мне дал бы отдохнуть.
Мне казалось, что я работаю больше, чем мне по справедливости полагается, и я глубоко это переживал.
Мне всегда кажется, что я работаю больше, чем следует.
Не думайте, что я уклоняюсь от работы. Я люблю работу. Работа увлекает меня.
Я часами могу сидеть и смотреть, как работают.
Мне приятно быть около работы: мысль о том, что я могу лишиться ее, сокрушает мое сердце.
Мне нельзя дать слишком много работы - набирать работу сделалось моей страстью. Мой кабинет до того завален работой, что там не осталось ни дюйма свободной площади.
Мне скоро придется пристраивать новый флигель.
Я очень бережно отношусь к моей работе.
Часть работы, которая лежит у меня теперь, находится в моем кабинете уже многие годы, и на ней нет ни пятнышка.
Я очень горжусь моей работой. Иногда я снимаю ее с полки и сметаю с нее пыль.
Я, как никто, забочусь о ее сохранности.
Но хотя я жажду работы, мне все же хочется быть справедливым.
Я не прошу больше того, что приходится на мою долю.
А мне дают больше - так мне по крайней мере кажется, и это меня огорчает.
Джордж говорит, что мне не стоит об этом тревожиться.
Он считает, что только моя чрезмерная щепетильность заставляет меня бояться, что я имею больше работы, чем нужно. На самом деле мне не достается и половины того, что следует.
Вероятно, он говорят это для того, чтобы меня утешить.
Я заметил, что в лодке каждый член команды уверен, что он один все и делает.
Гаррис сказал, что работает один он, а мы с Джорджем его обманываем.
Джордж, наоборот, высмеивал Гарриса, утверждая, что тот только ест и спит, и был твердо уверен, что именно он, Джордж, выполняет всю работу, о которой стоит говорить.
Он заявил, что никогда еще не плавал с такими лентяями, как я и Гаррис.
Это позабавило Гарриса.
- Вы только послушайте! Старина Джордж рассуждает о работе, - смеялся он. - Да после получаса работы он испустил бы дух.
Видел ты когда-нибудь, чтобы Джордж работал? - обратился он ко мне.
Я согласился с Гаррисом, что не видел, - во всяком случае с тех пор, как началась наша прогулка.
- Право, не понимаю, откуда ты можешь об этом знать, - возразил Джордж Гаррису. - Черт меня побери, если ты не проспал всю дорогу.
Видел ты когда-нибудь, чтобы Гаррис не спал, если только он в это время не ел? - спросил он, обращаясь ко мне.
Любовь к истине заставила меня поддержать Джорджа.
От Гарриса с самого начала было мало пользы.
- Но все-таки я, черт возьми, работал больше, чем старина Джей! - продолжал Гаррис.
- Трудно было бы работать меньше, - заметил Джордж.
- Джей, наверное, считает себя здесь пассажиром, - не унимался Гаррис.
Вот какова была их благодарность за то, что я тащил их и эту несчастную лодку от самого Кингстона, все для них устроил, и организовал, и заботился о них, и выбивался из сил.
Так всегда бывает на этом свете!..
В данном случае мы вышли из затруднения, сговорившись, что Джордж и Гаррис будут грести до Рэдинга, а оттуда я потащу лодку на бечеве.
Тащить тяжелую лодку против сильного течения не так уж весело.
Было время, когда я рвался к тяжелой работе, теперь я предпочитаю уступать место молодежи.
Я заметил, что большинство старых гребцов тоже охотно стушевывается, когда предстоит хорошо поработать веслами.
Старого лодочника всегда можно узнать по тому, как он лежит на подушке на дне лодки и подбадривает гребцов, рассказывая им, какие он совершал чудеса в прошлом году.
- И это вы называете трудной работой? - тянет он, самодовольно попыхивая трубкой и обращаясь к двум измученным юношам, которые уже полтора часа стойко гребут против течения. - Вот мы с Джеком и Джимом Биффлсом проплыли прошлым летом от Марло до Горинга в один день без единой остановки.