Пройти можно в боковые двери, а не только через главный вход.
Однако он уверен, что мисс Кин в главный вход не проходила. Спускаясь со второго этажа, где расположена ее комната, она могла свернуть на террасу и проскользнуть незамеченной.
Дверь замыкают не раньше двух часов ночи, когда танцы уже заканчиваются.
Что касается бармена, то он видел мистера Бартлетта: в середине вечера тот грустно сидел, уткнувшись взглядом в стену.
В баре всегда толкотня, бармен его видел, но не мог точно сказать, в котором часу. За дверями бара полицейских офицеров подстерегал девятилетний мальчуган.
Срывающимся от восторга голосом он спросил:
– Вы вправду детективы?
А я Пит Кармоди.
Это мой дедушка начал разыскивать Руби.
Вы из Скотленд-Ярда?
Вы ведь не станете делать мне выговор, что я вам надоедаю?
Полковник Мэлчетт собрался на него рявкнуть, но Харпер поспешно вмешался и заговорил с мальчиком дружески:
– Отнюдь, мой юный друг.
Вижу, вас это дело тоже заинтересовало?
– Ах да!
Вы читаете книжки про сыщиков?
Я их обожаю.
Покупаю все подряд. У меня есть автографы Дороти Сайер, Агаты Кристи, Диксона Карра и Г.К.
Бейли.
Об этом убийстве тоже сообщат в газетах?
– Разумеется. Газеты в него так и вцепятся.
– Понимаете, на следующей неделе я возвращаюсь в школу. Вот здорово, когда я расскажу всем, что был с ней знаком, даже очень хорошо знаком!
– И какого же вы о ней мнения?
Пит честно задумался.
– Сказать по правде, она мне не больно нравилась.
Вид у нее просто как у дурочки.
Маме и дяде она тоже не очень симпатична.
Одному дедушке.
Кстати, он приглашает вас.
Эдуард уже пошел вас разыскивать.
Начальник полиции настойчиво повторил:
– Значит, ваша мама и дядя Марк недолюбливали Руби?
Почему же?
– Почем я знаю?
Она липла к нам.
А они злились, что дедушка так носится с ней.
Думаю, – выпалил Пит, – они даже рады, что она умерла!
Харпер смотрел на него задумчиво.
– Вы слышали… как они это говорили?
– Ну, не совсем.
Дядя Марк проворчал:
«Наконец мы от нее избавились». Мама ответила:
«Да, но каким ужасным образом!» Тогда дядя Марк сказал, что нечего притворяться.
Полицейские переглянулись.
В этот момент к ним подошел гладко выбритый человек в синей ливрее.
– Извините, господа, я лакей мистера Джефферсона.
Он проснулся и согласен вас принять.
Они вновь проследовали в апартаменты Конвея Джефферсона.
В гостиной Аделаида о чем-то говорила с высоким человеком, который нервно шагал из угла в угол.
Он резко обернулся к вошедшим: