Как истый англичанин, сэр Генри относился с подозрительностью к профессиональным танцорам.
В движениях молодого человека был явный излишек грации… Реймонд… Рамон… В самом деле, какое у него настоящее имя?
Он напрямик спросил об этом у Старра.
– Когда я начал выступать, меня называли Районом.
«Рамон и Джози» – нечто испанское.
Но я заметил, что к иностранцам завсегдатаи отеля относятся неважно, и взял имя Реймонд, английское.
– Но это ненастоящее ваше имя? – спросила мисс Марпл.
Молодой человек с улыбкой покачал головой:
– Нет, меня действительно зовут Рамон.
Моя бабушка родом из Аргентины.
«Вот откуда это покачивание бедрами!» – подумал сэр Генри.
– Но зато второе имя Томас, – добавил танцор. – Что может быть прозаичнее? – Он обернулся к сэру Генри. – Вы ведь из Девоншира?
Из Стейна?
Мои родители живут по соседству, в Алмонстоуне.
Сэра Генри внезапно осенило:
– Так вы из Старров, что в Алмонстоуне?! – Именно.
– Вот бы никогда не подумал!
– Неудивительно, – с горечью сказал Реймонд.
Сэр Генри сочувственно пробормотал:
– Видимо, превратности судьбы?..
– Пожалуй что так, – грустно согласился молодой Старр. – Моей семье пришлось продать имение, которое переходило по наследству более трехсот лет.
Но наш род не прервался.
Старший брат обосновался в Нью-Йорке, у него издательское дело.
Остальные тоже разбрелись чуть не по всему земному шару.
В наше время университетский диплом – еще не гарантия преуспевания.
Я был менее удачлив и устроился продавцом в магазин сантехники.
В магазине имелись великолепные залы образчиков. Но я вечно путал цены, забывал дни доставки. Меня, естественно, уволили.
Единственное, что я знал и умел, – это танцы и теннис.
Пришлось предложить свои услуги в одном из отелей Ривьеры, куда съезжаются сливки общества.
Я уже прилично зарабатывал, когда вдруг услышал, как один полковник, джентльмен с ног до головы, громогласно вопрошал директора:
«Где этот танцоришка?
Я его ищу.
Моя жена и дочь хотят повальсировать.
Приволоките его!» – Реймонд помолчал. – Я имел неосторожность обидеться и тотчас лишился места. В конце концов попал сюда.
Здесь менее доходно, но обстановка корректная.
Я провожу время в обучении теннису грузных матрон, а вечером танцую с их дочками.
Что поделать, такова жизнь.
Простите, что обрушил на вас свои глупые излияния.
Сэр Генри сердечно сказал:
– Очень рад, что мы разговорились.
– Вы по поводу Руби?
Тут ничем не могу помочь.
Мне ее убийца неизвестен.
Наше знакомство с ней вообще очень поверхностно.
Доверительных разговоров со мной она не вела.
– Вы ей симпатизировали? – благожелательно спросила мисс Марпл.
– Как вам сказать? Она, конечно, умела нравиться, – отозвался Реймонд довольно равнодушно.
– Значит, – продолжал сэр Генри, – подозрений нет?
– Нет.
Иначе, поверьте, я сообщил бы в полицию.