Мистер Джефферсон еле сдержал гнев, брови его сдвинулись. Он принудил себя говорить спокойно, но голос сразу охрип:
«Полно, малютка, вы прекрасно знаете, кто это».
Она струсила и пролепетала:
«Ах да, вспомнила.
Этот молодой человек приезжал сюда как-то, я с ним танцевала.
Но не знаю, как его зовут.
Думаю, что он сам засунул в сумочку свою фотокарточку, когда я отвернулась.
Такой же кретин, как и все остальные!»
Она рассмеялась и тряхнула головой, показывая, что говорить больше не о чем.
Но ведь оба объяснения шиты белыми нитками, правда, сэр?
Мистер Джефферсон не мог им поверить.
Он строго взглянул на нее, и с тех пор, если она отлучалась, спрашивал, где она была.
– А вы видели человека, изображенного на портрете?
– Нет, сэр.
Я ведь не спускаюсь обычно ни в ресторан, ни в танцевальный зал.
Сэр Генри кивнул и задал Эдуарду еще несколько малозначительных вопросов.
Глава 35
В полицейском участке Дейнмута Харпер вел допрос Джесси Дэвич, Флоренс Смолл, Беатрис Хенникер, Мэри Прайс и Лилиан Риджуэй.
Они были очень похожи друг на друга уровнем развития и возрастом.
Дочки окрестных фермеров или торговцев.
Их показания повторялись слово в слово:
«Памела Ривз казалась такой же, как всегда. Она собиралась пойти в магазин и успеть к следующему автобусу».
В углу кабинета сидела старая дама.
Когда последняя школьница покинула кабинет, Харпер отер лоб рукой и обратил в сторону мисс Марпл безнадежный взгляд.
Мисс Марпл сказала деловым тоном:
– Мне бы хотелось побеседовать отдельно с Флоренс Смолл.
Харпер недоуменно вскинул брови и молча нажал кнопку звонка.
Появился констебль.
– Задержите Флоренс Смолл, – приказал начальник полиции.
Школьница вернулась в сопровождении полицейского.
Это была дочь зажиточного фермера. Рослая, белокурая, с пухлым ртом и хлопающими от перепуга ресницами.
Она то сжимала, то разжимала пальцы.
Харпер вопросительно взглянул на мисс Марпл и, получив в ответ кивок, сказал, поднимаясь:
– Эта дама задаст вам несколько вопросов.
Он вышел и плотно прикрыл дверь.
Флоренс уставилась на незнакомую старушку взглядом испуганного теленка с фермы отца.
– Присядьте, Флоренс, – сказала та.
Девочка послушно села и понемногу успокоилась.
– Флоренс, слушайте меня внимательно. Мне важно знать все до мелочей, что происходило с Памелой в день ее смерти.
С вашей стороны будет большой ошибкой, если вы захотите скрыть хоть что-то. Понимаю, вам не по себе в полиции.
Вы боялись, что вас будут здесь ругать.
Например, за то, что не сказали никому раньше… Или что не задержали Памелу.
Соберитесь с силами и облегчите совесть.
Если вы и теперь промолчите о том, что знаете, это будет уже нарушением закона. Преступлением, которое грозит тюрьмой. Предупреждаю вас.
– Я… не… Мисс Марпл настаивала:
– Расскажите все откровенно.
Памела пошла не в магазин, так ведь?
Облизав высохшие губы, Флоренс бросила на мисс Марпл взгляд исподлобья, как загнанный зверек.
– Она мечтала сниматься в кино?
Словно освобождаясь от тяжелого груза, девочка шепнула: