Нас провели в чистенькую гостиную, и минуты две спустя появился мой вчерашний знакомец.
— Господин доктор! — сказал он, улыбаясь.
— Мадемуазель!
Он поклонился Флоре.
— Возможно… — начал я, — вы слышали о вчерашней трагедии.
— О да. Ужасно! — Улыбка сбежала с его лица.
Позвольте мне выразить вам мое сочувствие, мадемуазель.
Чем могу служить?
— Мисс Экройд хочет, чтобы вы… чтобы вы…
— Нашли убийцу, — сказала Флора твердым голосом.
— Понимаю, — ответил Пуаро.
— Но ведь это сделает полиция.
— Они могут ошибиться, — сказала Флора.
— По-моему, они на не правильном пути.
О, месье Пуаро, помогите нам!
Если… если дело в деньгах… Пуаро жестом прервал ее:
— О нет, умоляю, мадемуазель!
Я не хочу сказать, что деньги меня не интересуют.
Я всегда их ценил и ценю.
Но вы должны понять одно, мадемуазель.
Если я возьмусь за это дело, я дойду до конца.
Хорошая собака не бросает следа, учтите!
И в конце концов, вы можете пожалеть, что не положились на местную полицию.
— Мне нужна правда. — Флора посмотрела ему в глаза.
— Вся правда?
— Вся правда.
— Тогда я согласен.
И надеюсь, что вы не пожалеете об этих словах.
Что ж, расскажите мне все обстоятельства.
— Пусть лучше доктор Шеппард расскажет, — сказала Флора.
— Он знает больше меня.
Мне пришлось пересказать все изложенное выше.
Пуаро слушал, изредка задавал вопросы и упорно смотрел в потолок.
Я закончил уходом инспектора из «Папоротников».
— А теперь, — сказала Флора, — расскажите ему все о Ральфе.
Я заколебался, но подчинился ее повелительному взгляду.
— Вы зашли в эту гостиницу, в эти «Три кабана», возвращаясь домой? — спросил Пуаро, когда я окончил.
— Почему же?
Я помолчал, взвешивая ответ.
— Я решил, что следует сообщить Ральфу о смерти отчима.
По пути домой я сообразил, что в «Папоротниках» никто, пожалуй, кроме мистера Экройда, не знал, что Ральф приехал из Лондона.
— Так.
И вы пошли туда только поэтому?
— Только поэтому, — сказал я сухо.
— А не для того, чтобы — как бы это сказать? — успокоиться по поводу этого молодого человека?
— Успокоиться?
— Я думаю, месье, что вы понимаете мою мысль, хотя делаете вид, будто она вам неясна.
Ведь вам было бы очень приятно узнать, что весь вечер капитан Пейтен не покидал гостиницы?
— Вовсе нет, — сказал я резко.
— В вас нет ко мне того доверия, как у мисс Флоры, но дело не в этом.