Пройдя через гостиную, вы попадаете в так называемую музейную комнату, или просто музей, уставленный шкафами с полками и ящичками, столами и стендами, куда раскладывались и где хранились все археологические находки.
Из музея можно выйти только через гостиную.
Рядом с музеем находилась спальня миссис Лайднер с одной дверью, выходящей во внутренний двор.
Здесь, как и во всех комнатах этого крыла, два запертых на засовы окна, которые смотрят на вспаханное поле.
В соседней комнате, расположенной уже в восточном крыле здания, помещался доктор Лайднер.
Здесь тоже только одна дверь, выходящая во двор; таким образом, комната доктора никак не сообщается со спальней миссис Лайднер.
Рядом комната, предназначенная для меня, затем идут спальни мисс Джонсон и мистера и миссис Меркадо, с которыми граничат так называемые ванные комнаты. (Когда я однажды упомянула о них в присутствии доктора Райли, он закатился смехом.
Коль скоро, сказал он, вы привыкли к водопроводу и канализации, трудно называть ванными грязные каморки, где вместо ванн оловянные тазы и бидоны из-под керосина, наполненные мутной водой.) Это крыло здания было пристроено доктором Лайднером к старому арабскому дому.
Спальни здесь все одинаковые в каждой окно и дверь, выходящие во внутренний двор.
В северном крыле находились чертежная комната, фото и химическая лаборатории.
По другую сторону открытой веранды столовая. Дверь из нее ведет в контору, где хранились разные документы, составлялись каталоги, описывались археологические находки, здесь же стояла и пишущая машинка.
Затем шла спальня отца Лавиньи. Это одна из двух самых больших комнат, вторую, точно такую же, занимала, как я уже упомянула, миссис Лайднер. Отец Лавиньи обычно использовал свою комнату как рабочий кабинет и расшифровывал, кажется, так это называется, здесь свои таблички.
В юго-западном углу здания расположена лестница, ведущая на крышу.
Западное крыло тоже состоит из нескольких комнат. Первая из них кухня, затем идут четыре небольших спальни, которые занимали молодые люди Кэри, Эммет, Рейтер и Коулмен.
В северо-восточном углу здания находилась комната для фотографирования, при ней темная каморка.
Затем шла лаборатория и, наконец, единственный вход во внутренний двор широкие ворота с арочным перекрытием, через которые мы и въехали сюда.
За воротами находились бараки, где жила прислуга из местных жителей, караульное помещение, конюшни для лошадей, на которых привозили воду, и прочие службы.
По правую руку от ворот располагалась, как я уже упоминала, чертежная комната и две так называемых ванных, которые и замыкали северное крыло здания.
Я здесь специально так подробно описала расположение комнат, чтобы уже больше не возвращаться к этому вопросу.
Миссис Лайднер, повторяю, сама мне все показала, а потом повела в мою комнату, выразив надежду, что я не буду испытывать там никаких неудобств.
Комната была миленькая, хотя и весьма скромно меблированная: кровать, комод, умывальник, кресло.
Перед ленчем, обедом, ну и, разумеется, по утрам бой будет приносить вам горячую воду.
Если же она понадобится вам в другое время, отворите дверь, хлопните в ладоши, а когда появится бой, скажите ему gib mai har.
Сможете запомнить?
Я ответила, что, пожалуй, смогу, и, слегка запинаясь, повторила фразу.
Прекрасно.
Но не робейте, кричите во весь голос.
Если говорить так, как мы привыкли у себя, в Англии, арабы ничего не поймут.
Потешная штука эти языки, сказала я.
Просто удивительно, как их много и какие они разные.
Миссис Лайднер улыбнулась:
В Палестине есть церковь, где Отче наш написана, помнится мне, на девяноста разных языках.
Подумать только! воскликнула я.
Надо написать об этом моей тетушке, то-то старушка удивится.
Миссис Лайднер рассеянно потрогала кувшин, тазик, чуть подвинула мыльницу.
Я очень надеюсь, что вам здесь понравится, сказала она, и вы не будете слишком скучать.
Я редко скучаю, заверила я ее.
Ведь жизнь так коротка.
Она не отвечала, задумчиво передвигая туда-сюда то кувшин, то мыльницу.
Внезапно она остановила на мне взгляд своих темно-лиловых глаз.
Что именно мой муж сказал вам обо мне, мисс Ледерен?
Ну, на подобные вопросы всегда готов стереотипный ответ.
Как я поняла из его слов, вы немного переутомились, только и всего, миссис Лайднер, бодро отрапортовала я.
И еще он сказал, что вам просто хочется, чтобы о вас немного позаботились и помогли по хозяйству.
Она стояла, задумчиво склонив голову.
Да, заговорила она.
Да, это было бы просто замечательно.
Честно говоря, многое здесь вызывало у меня недоумение. Ответ миссис Лайднер не пролил света на загадочные обстоятельства, приведшие меня в Тель-Яримджах, однако задавать вопросы я не собиралась.
Надеюсь, вы позволите мне помочь вам по дому.
И пожалуйста, не давайте мне бездельничать, сказала я.