Агата Кристи Во весь экран Убийство в Месопотамии (1936)

Приостановить аудио

Миссис Лайднер рассказывала мне о себе в пятницу.

А утром в субботу, как мне показалось, обстановка у нас немного разрядилась.

Правда, миссис Лайднер держалась со мной несколько натянуто и подчеркнуто избегала оставаться tete-a-tete.

И неудивительно!

Такое не раз мне встречалось.

Женщины сплошь и рядом в порыве откровенности поверяют сиделкам свои тайны, а потом чувствуют себя неловко и сожалеют о своей доверчивости.

Такова уж человеческая природа!

Разумеется, я ни словом не напоминала ей о нашем разговоре и старалась касаться только насущных тем.

Мистер Коулмен, прихватив сумку с письмами, отбыл утром на грузовике в Хассани, где среди прочих дел ему предстояло выполнить несколько поручений, которыми его обязали коллеги.

Главная же цель поездки получить в банке деньги в монетах малого достоинства и привезти их в Тель-Яримджах, чтобы расплатиться с рабочими.

Ясно, что все эти дела займут много времени, и мы не ожидали его возвращения раньше полудня.

Более того, я подозревала, что завтракать мистер Коулмен намерен в обществе Шейлы Райли.

В платежный день жизнь на раскопках отнюдь не била ключом, ибо уже в половине четвертого начиналась раздача денег.

В тот день Абдулла, мальчик, в обязанности которого входило отмывание керамики, расположился, как обычно, посреди двора и гнусаво затянул бесконечную песню.

Доктор Лайднер и мистер Эммет собирались в ожидании мистера Коулмена заняться разбором керамики. Мистер Кэри отправился на раскопки.

Миссис Лайднер ушла отдохнуть в свою комнату.

Я, как всегда, помогла ей, а потом, прихватив книгу, пошла к себе. Спать мне не хотелось.

Я взглянула на часы было без четверти час. Книга оказалась чрезвычайно увлекательной, и я не заметила, как пролетели два часа.

Называлась она Смерть в лечебнице, и хотя читалась с захватывающим интересом, автор, насколько я поняла, имел о медицине весьма смутное представление.

А уж лечебниц таких я и вовсе никогда не видывала!

Мне даже захотелось написать автору и указать ему на его ошибки.

Когда я наконец отложила книгу (убийца-то, оказывается, рыжеволосая горничная; вот уж никак не ожидала!) и взглянула на часы, то с удивлением обнаружила, что уже без двадцати три.

Я встала, оправила платье и вышла во двор.

Абдулла все тер свои горшки, сопровождая, по обыкновению, это занятие заунывным пением. Дэвид Эммет стоял рядом. Он сортировал вымытую посуду, откладывая разбитую в особый ящик, чтобы потом склеить ее.

Я не спеша направилась к ним, и тут увидела доктора Лайднера, который спускался по лестнице с крыши.

Ну что ж, славно поработали, бодро сказал он.

Я немного прибрал там, наверху.

Луиза будет довольна.

Она как-то пожаловалась, что на крыше ступить негде.

Пойду обрадую ее.

Постучав, он открыл дверь и вошел в ее комнату.

Но тут же дверь снова отворилась, и он показался на пороге.

Это было как кошмар, как дурной сон вот в комнату входит бодрый, веселый человек, а выходит призрак с искаженным от ужаса лицом, с заплетающимися, точно у пьяного, ногами.

Мисс Ледерен хрипел он.

Мисс Ледерен Я тотчас поняла, что случилось нечто страшное, и кинулась к нему.

Вид у него был жуткий, серое лицо подергивалось, мне казалось, он вот-вот рухнет замертво.

Жена, пробормотал он, моя жена Боже мой!

Оставив его, я ринулась в комнату.

У меня перехватило дыхание: миссис Лайднер, как-то странно скорчившись, бесформенной грудой лежала на полу возле кровати.

Я склонилась над ней.

Она была мертва.., мертва уже по меньшей мере час.

Причина смерти очевидна. Страшный удар по голове в области правого виска.

Должно быть, она встала с постели, и в этот момент ей нанесли смертельный удар.

Я не стала трогать ее, понимая, что ей уже ничем не поможешь.

Оглядевшись вокруг, я не заметила ничего, что могло бы дать ключ к разгадке, вещи стояли на своих местах, все было, как обычно: окна затворены и заперты. Спрятаться здесь негде.

Убийцы, очевидно, и след простыл.

Я вышла, притворив за собою дверь.

Доктор Лайднер находился в состоянии коллапса.

Дэвид Эммет, хлопотавший подле него, обратил ко мне совершенно белое лицо, на котором застыл немой вопрос.

В нескольких словах я шепотом рассказала ему, что произошло.